Известный российский артист Сергей Безруков в этом году приезжал на «Славянский базар в Витбеске» в качестве художественного руководителя Московского губернского театра. На фестиваль он привозил спектакль «Весна» и был героем «Звездного часа».
Во время часового общения с журналистами народный артист России со свойственным ему актерским пылом рассказывал о своем детище. Непосредственность и обаяние Сергея Безрукова подкупают. Окружающие попадают под магию его улыбки и искренности, которую редко встретишь у людей, имеющих такую известность. Общаться с артистом – большое удовольствие.
– Почему вы выбрали для показа на фестивале искусств постановку «Весна»?
– Это молодежный спектакль, созданный по ранним рассказам Михаила Задорнова. Идея принадлежит молодым актерам, которые решили попробовать себя в качестве постановщиков. Мы практикуем такие творческие эксперименты на малой сцене. Весной этого года я позволил своему другу Дмитрию Дюжеву выступить там с режиссерским театральным дебютом. Он поставил «Скамейку» по пьесе Александра Гельмана. Главную роль в спектакле «Весна» исполняет Александр Соколовский, известный по популярному сериалу «Молодежка». Фанаток у него огромное количество! Мне нравится, что Саша обладает потрясающим чувством театральной команды. Он очень светлый по энергетике актер, искренний, что в наше время очень важно. Этот спектакль сделан с романтическим подходом к жизни. Он о том, что нужно успевать жить. Если ты хочешь познакомиться с девушкой, не откладывай на потом. Иначе можно все потерять. А еще он о любви, о любви, о любви... Этим чувством, мне кажется, проникнут «Славянский базар».
– Расскажите немного о самом театре, который вы возглавляете.
– Московскому губернскому театру всего 1,5 годика, но за это время мы много успели сделать. До этого я был худруком областного Дома искусств «Кузьминки». Великолепное здание, замечательный зал на 780 мест. Есть большая и малая сцены. Потом пришла идея из двух областных театров (драматического имени Александра Островского и камерного) создать один. Конечно, нелегко объединить две труппы, каждая из которых со своим уставом, своими страстями. Сразу взялся за постановку спектакля «Нашла коса на камень» по трем пьесам Островского. Сам сделал инсценировку. Занял в нем почти всех артистов из обеих трупп. Одну из главных ролей попросил исполнить Дмитрия Дюжева, он не отказался, как я в свое время согласился сыграть в его киноновелле «Моей любимой». Совместная работа над большим спектаклем помогла создать единый коллектив. Я пригласил несколько артистов из других трупп и придумал название новому театру, затем присоединил к нему Дом искусств «Кузьминки» вместе с замечательным духовым оркестром. И сегодня мы называемся центром развития театрального искусства «Московский губернский театр».
– Трудно ли быть руководителем такого большого коллектива?
– Театр требует внимания 24 часа в сутки. Забываю порой о себе и отдыхе. Тем более коллектив находится в стадии становления. Но только за один сезон мы сделали 8 премьер. Так другие театры не работают. Репертуар у нас разный: есть музыкальные спектакли, экспериментальные, детские. На последних всегда аншлаги. Для детей надо работать по-взрослому. В «Острове сокровищ» я играю Джона Сильвера. И, признаюсь, два часа в детском спектакле у меня отнимают больше сил и душевных затрат, чем четыре в постановке «Сирано де Бержерак». Наш театр доступен для всех. Он для людей. Можно, конечно, на сцене выстраивать ребусы, ставить непосильные задачи, чтобы разгадывать замысел режиссера. Но я убежден: главное – быть интересным зрителям, а не заумным театральным критикам, которые сами порой не понимают, что им показывают. Это не означает, что мы потакаем невысокому вкусу. Я за психологические, умные и зрелищные постановки, которые вызывают отклик в сердце. Кроме того, наш театр доступен для людей с ограниченными возможностями.
– Расскажите об этом подробнее.
– Он оборудован пандусами и лифтами. В зале есть специальная площадка для инвалидных колясок. В Москве такие театры можно пересчитать по пальцам. Еще у нас есть услуга тифлоперевод – то есть комментирование для незрячих и слабовидящих. С этой инициативой выступила Ирина Безрукова (жена Сергея Безрукова. – Прим. авт.). В свое время мы выпустили фильм «Реальная сказка», где использовали эту услугу. А потом Ирина предложила это сделать в театре. Мы обучили 5 специалистов, они получили соответствующие дипломы. Тифлокомментатор – непростая работа, ведь нужно, не мешая диалогу актеров, рассказывать обо всем, что в данный момент происходит на сцене. К великому сожалению, мы пока единственный театр в России с такой наработкой. Это досадно, так как незрячие люди лишены возможности смотреть спектакли. К нам обращались некоторые коллективы за опытом, но пока никто за нами не последовал. Теперь хотим создать определенную услугу и для глухонемых, раз уж мы позиционируем себя как театр, доступный для всех.
– Вы талантливый актер, много играете на сцене, снимаетесь в кино, не жалко тратить время на административную работу? Как себя чувствуете в роли менеджера?
– Я не менеджер, а художественный руководитель. В моем понимании это большой фантазер, который придумывает темы, интересные артистам и зрителям. Мне нравится, что труппа с азартом подхватывает мои идеи. Вижу, как с каждой новой премьерой у актеров загораются глаза. Сложилась команда, и это самое главное, чего удалось достичь. Я рад, что у меня есть помощники, которые занимаются большим театральным хозяйством. Мне должность худрука не мешает работать как актеру, продолжать сниматься в кино. Все успеваю, слава Богу. Но на съемках все равно думаю о театре, о своих артистах. Они – как дети, которые требуют внимания. Недавно, например, дал согласие сниматься в кинофильме «Временно не доступен» (он, скорее всего, выйдет осенью) и привел с собой еще 23 артиста Московского губернского театра. Радовался, что их утвердили на роли. Очень приятно, когда хвалят моих коллег.
– Но вам же приходится общаться с различными чиновниками…
– Да, в беседах с губернатором, министром культуры помогает моя общительность. Надо стараться быть обаятельным, каждый раз говорить, что театр нужен – зрителям и властям. Потому как без него мы потеряем культуру.
– Вы владеете искусством голосовой имитации, в свое время озвучивали некоторых известных персонажей в программе «Куклы». Сейчас не используете этот опыт?
– Навыки имитации дают всем студентам театрального вуза на первом курсе. Опыт работы в телепрограмме был интересен, но я к такого рода пародии давно не обращался. Другое дело – импровизация голосом, которая часто необходима в спектаклях.
– Вы в Витебске не первый раз, поделитесь своим впечатлением о городе.
– Я приезжал в Витебск на «Славянский базар» 15 лет назад со спектаклем «Искушение», в котором моими партнерами были Любовь Полищук и Борис Щербаков. В этот раз побывал в музеях Марка Шагала и Художественном. Увидел работы Репина, Крамского. Попал на выставку произведений Юрия Пэна. Потрясающий художник! Витебск и Беларусь в целом отличаются чистотой. Это я подметил и в прежний приезд, и сейчас. Мне очень хочется, чтобы у нас в России было так же. Любовь к чистоте перекладывается на все: на работу, на мысли. И это хорошо.
– Пятнадцать лет назад на встрече с журналистами вы так трогательно рассказывали о своей матери, и в ваших глазах были слезы. Жизнь не заставила очерстветь душой?
– По большому счету во мне мало что изменилось. Да, я повзрослел, приближаюсь к 42 годам, пришла мудрость, приобрел опыт. Но актерскую ранимость не утратил. Правда, стараюсь не показывать то, что чувствую. Если 15 лет назад чувствительность можно было списать на молодость, то теперь сдерживаешь себя, чтобы не походить на старика, который плачет по любому поводу. Мне нужно быть закаленным, потому что слезящийся худрук выглядит нелепо. Но, признаюсь, порой, сидя в темном зрительном зале, если меня трогает спектакль или фильм, не могу сдержать слезы. И не стыжусь этого.
Фото Антона СТЕПАНИЩЕВА.
