Театр не может быть модным, считает заслуженная артистка Беларуси Тамара Скворцова, добавляя при этом: «И старомодным тоже». Сегодня Тамара Владимировна принимает поздравления с двойным юбилеем: своим 75-летием и 50-летием творческой деятельности в Национальном театре имени Якуба Коласа. В том, что сцена – ее призвание, актриса была уверена с раннего детства.
– В три года ходила по соседям, читала стихи, пела песни. Меня за это конфетами угощали. А в то время сладости (я же родилась в послевоенном 1946-м) были редкостью, настоящим подарком. Всем говорила: «Я – Тома – артистка». Других вариантов не было, – рассказывает Тамара Скворцова.
На выбор творческой профессии повлияло и место, где училась. Сама узнала, что с пятого класса берут в школу-интернат в Несвиже и решила поехать за 50 км от родной деревни. Уже в те годы думала о хорошем образовании. Родители поначалу были против, но отпустили.
– Мы жили в здании бывшего монастыря, проходили мимо дома, где была учительская семинария, в которой учился Якуб Колас. В Несвиже Симон Будный основал одну из первых после Скорины белорусских типографий. Мы бегали в кинотеатр, размещавшийся в здании ратуши, на танцы – в Несвижский замок, вальсировали на паркете времен Радзивиллов, – вспоминает Тамара Владимировна.
Дышала, поясняет, окружающей историей и искусством. И после окончания школы пошла на республиканские курсы по подготовке руководителей самодеятельных драматических коллективов, организованные в Минске в оперном театре. Но мечтала о профессиональной сцене и через год подала документы в театральный вуз.
– Меня не приняли. Выплакалась и без труда поступила в Белорусский государственный университет. Сразу записалась в вузовский театральный коллектив, а потом Купаловский театр объявил набор в студию. Перевелась в вузе на заочное отделение и стала учиться актерской профессии, – поясняет актриса.
Молоденькую студийку занимали в массовках, давали даже маленькие эпизодические роли. Вспоминает, было тяжеловато: учиться в двух местах, играть, да еще на жизнь зарабатывать. Тамара Скворцова устроилась в Интурист, работала переводчицей с польскими и англоговорящими туристами. Знание языков получила в БГУ. Возила группы по всему Союзу.
Университет и студию закончила в один год, и Тамару Скворцову зачислили в купаловскую труппу. Ввели в репертуар, давали роли, хвалили, но не сложились отношения с одной из прим, которая стала строить козни. Поэтому, когда тогдашний художественный руководитель театра имени Якуба Коласа Семен Казимировский, увидев Тамару Скворцову на сцене, предложил ей переехать в Витебск, она согласилась. И вот уже полвека она верна коласовской сцене.
– Мне довелось работать с легендарными коласовцами. Для меня в то время они были небожителями. Я ходила на все спектакли с участием народных артистов Николая Звездочетова, Анатолия Шелега, Иосифа Матусевича, Анатолия Труса, Зинаиды Конопелько и других корифеев сцены. Удивительно, у них не было пренебрежительного отношения к начинающим артистам. Самый главный урок, который они преподали на всю жизнь, – это отношение к профессии. Выходя на сцену, ты должен забыть о своих проблемах и полностью погрузиться в роль. Театр в те годы был нашим общим домом, в котором жила дружная семья, – говорит Тамара Владимировна.
И добавляет: сегодня такого ощущения театра – дома, к сожалению, нет.
– У Валерия Ободзинского есть песня с такими словами: «Что изменилось – мы или мир?». И мы, и мир. Театр для многих стал местом работы. Артисты перестали ходить на спектакли, в которых не заняты, порой даже премьеры не посещают. Просто отрабатывают и уходят. Я не понимаю этого. А дочь мне говорит: «Мама, успокойся. Мы другие». И театр стал другим, – делится мыслями Тамара Скворцова.
Актриса считает, что театр не может быть модным, не должен идти на поводу у публики. Она не приемлет пошлости, к которой ради скандального успеха скатываются некоторые модные московские режиссеры. Но и старомодным, с запахом нафталина, нельзя быть. Как найти золотую середину между кассовой постановкой и глубоким спектаклем, призывающим к раздумью?!
Актерская профессия зависимая, в первую очередь от режиссера, который видит в своем спектакле актрису или нет. Тамаре Скворцовой довелось поработать с разными постановщиками, но первым по-настоящему открыл ее Валерий Маслюк, дав роль Агафьи Тихоновны в гоголевской «Жаніцьбе».
– Для меня это было настоящее признание. Некоторые зрители говорили, что ходили по несколько раз на спектакль. В свой золотой список я бы записала и Кормилицу из «Рамэа і Джульеты» Валерия Беляковича. С этим режиссером я познакомилась, когда училась в студии, а он играл в Театре юных москвичей. В один из спектаклей приехавшего в Минск ТЮМа меня взяли в массовку, потом предлагали поехать с ними на гастроли в Америку. Но я не могла бросить учебу, – вспоминает актриса.
Но в США она все же поехала. Много лет спустя с коласовским спектаклем «Шагал…Шагал…». А также в Лондон, Эдинбург, Париж. На берега Сены витебских артистов пригласил известный модельер Пьер Карден, который был одним из организаторов Дней культуры Беларуси во Франции. Фестивали, поездки в другие города и страны расширяют творческий диапазон, открывают новые горизонты. Увы, сегодня театры не имеют возможности, как в прежние времена, устраивать большие гастроли. А тут еще и пандемия вмешалась, артисты вынуждены были уйти в долгосрочный отпуск.
– Для меня это была пытка. Не было ни спектаклей, ни репетиций. Я считаю, что актер проявляется в репетициях, где можно перебирать разные варианты роли. Известный театральный режиссер Анатолий Эфрос назвал свою книгу «Репетиция – любовь моя», – рассказывает Тамара Владимировна.
Говорят, почти все начинающие актрисы мечтают сыграть Джульетту. А Тамара Скворцова – Медею. Увидела спектакль Московского театра Маяковского, который привез на гастроли в Минск спектакль, где роль еврипидовской героини исполняла потрясающая актриса Евгения Козырева, и бредила этим образом.
– Меня потрясла игра актрисы, сила характера ее героини. Но спустя годы, когда у меня появились дети, поняла, что не смогу сыграть женщину, которая убила детей ради мужчины, – говорит актриса.
А вот трагический образ женщины, которая проявляла тираническую неистовость в любви к ребенку, ей довелось сыграть в спектакле «Пахавайце мяне за плінтусам».
– Когда Валерий Анисенко решил поставить этот спектакль, я сразу поняла: Бабушка – моя роль. Но первоначально на нее были назначены другие актрисы, а когда режиссер предложил мне, расплакалась. Я этот образ пропустила через себя, поняла эту дикую невероятную любовь моей героини, которая привела к трагедии, – делится чувствами Тамара Скворцова.
Роль Бабушки стала большой удачей актрисы. За нее она получила несколько наград международных театральных фестивалей: «Родниковое слово» в Архангельске, «Золотой Витязь» в Москве, LUDI в Орле.
В творческой копилке Тамары Скворцовой есть и роли в кино. Она снялась в первом белорусском сериале «Плач перепелки» Добролюбова, в других фильмах.
– В кино у меня были эпизодические роли. Это тоже своего рода актерский опыт, другой способ выражения. На театральной сцене мы поддаем эмоций, а здесь надо играть как в жизни, – рассказывает Тамара Владимировна.
Какой подарок хотела бы получить актриса к своему юбилею? Конечно же, хорошую роль. Ей их дарили, и они стали самыми дорогими. К 50-летию – гоголевская Агафья Тихоновна, на следующие юбилеи – Барабошева в спектакле «Праўда – добра, а шчасце лепш» по пьесе Островского, Эдда в постановке «Матылёк... Матылёк...».
Увы, в свой юбилейный год Тамара Скворцова осталась без подарка. Так случается в театре и в жизни. Обидно? Да. Но актриса забудет об этом, когда снова выйдет на сцену и будет играть, как учили ее легендарные коласовцы, оставив все обиды и личные проблемы за кулисами.
Фото из архива театра.
