Не так давно мне довелось побывать на необычной встрече. В филиале ЛТП №4 УДИН МВД Беларуси по Витебской области состоялось юбилейное заседание существующей при учреждении группы анонимных алкоголиков (АА) «Воскресение».
Юбилей — условное определение. Сообщество отметило первую годовщину своей работы. Но именно этот срок, говорят знающие люди, самый важный. Поэтому поддержать начинание и самих участников «Воскресения» приехали члены других групп АА из Минска, Гомеля, Могилева, Новополоцка.
— По всей Беларуси таких групп около 80, и они являются частью большого сообщества, зародившегося в 1935 году в США. Оно объединяет мужчин и женщин, которые делятся друг с другом опытом, силами и надеждами, чтобы помочь себе и другим избавиться от алкоголизма, — рассказала Татьяна, негласный руководитель группы «Воскресение». — К анонимным алкоголикам приходят люди, которые уже перепробовали все возможные способы лечения, кодирования. В нашей группе пока постоянно 15 человек, кто-то походил и бросил, кто-то все еще раздумывает. Конечно, в первую очередь важно желание и признание того, что ты алкоголик. Но редко кто сразу может осознать, что лечения от зависимости в принципе не существует. С алкоголизмом нельзя бороться — нужно продолжать жить параллельно с ним, стараясь не пересекаться.
Это основы известной среди сообществ АА программы «12 шагов». С признания своего бессилия перед алкоголем, потери контроля над собой начинается путь в новую жизнь. И некоторые идут по нему уже много лет, как, например, Ольга из Минска.
— Помню, как в декабре 1991 года священник сказал, что я алкоголик. Моя семья уже развалилась, когда пришла в группу анонимных алкоголиков. Муж ушел к другой, хотя мы вместе пили, вместе гнали самогон. Но спустя три месяца в обществе АА жизнь стала налаживаться, вернулся и муж. И я расслабилась, подумала, что не будет ничего страшного, если за компанию выпью пива. И сразу же ушла в запой. Тогда-то поняла, что со мной что-то не так: когда подруги пьют, они лишь немного пьянеют, я же совершенно меняюсь, не могу себя контролировать. Дальше был суд, сына отдали мужу, алименты не платила и почти угодила в тюрьму. Но с 1996 года снова начала ходить в группу АА и справилась. Я не кодировалась, никогда не лечилась в наркологии. Но все же для меня каждый день — как в первый класс. Все время учусь жить заново. Однажды, в тяжелые времена, сын сказал, что ненавидит меня. Сейчас он вернулся ко мне, потому что я честно стараюсь жить в этом обществе, понимая, что не такая, как все. «12 шагов» — это программа честности и действия.
Николай, Могилев:
— Я не пью уже 10 лет, 7 месяцев и 7 дней. Когда говорю подобное, хочется оглянуться и проверить: «Про кого это я?» Даже не знаю, где был, когда моя жизнь тонула в алкоголе. Стал путаться в днях. Однажды решил проверить, сколько раз за ночь просыпаюсь: положил рядом спичечный коробок, чтобы, пробудившись, бросать по одной спичке. Позже подсчитал: оказалось, 28.
Пока я служил в армии, погоны еще держали. Но выйдя в 41 год на пенсию, не знал, что с этим делать. Пил страшно, трижды кодировался, но без толку. Самое интересное, что мне никогда не нравился ни вкус алкоголя, ни запах. Я всегда запивал его, потому что было противно.
В 2000 году пришел в группу АА. К тому времени 5 раз лечился от алкоголизма II степени. И когда кто-то сказал, что это смертельно опасная болезнь, не поверил. ДТП — вот что смертельно опасно. Отходив год трезвым на собрания АА, я почувствовал, что желание пить пропало. И решил: пора бороться с алкоголем. Но через 2 года попробовал пива — ушел в запой на 3 месяца. Снова попал в наркологию и тогда задумался: вдруг и правда болезнь? Была остановка сердца, делали прямой укол, чтобы его запустить. Это мой новый день рождения — 17 октября. День начала трезвой жизни.
У меня три взрослых сына, один из них не пьет уже 11 лет, второй — 6. А нескольких их друзей-сверстников уже похоронили.
Говорят, алкоголь — хороший растворитель. Это правда: он растворяет любовь, семью, дом, работу, здоровье.
Владимир, Новополоцк:
— Наша группа «Лотос» помогла мне увидеть, что я не один, не белая ворона. Не пью 9-й год, но мне все еще страшно выходить в социум. Потому что легко растеряться в разных ситуациях, привычных для других людей, здоровых.
Всегда считал, что умею пить, алкоголь помогал решать проблемы. Так мне казалось. А на самом деле из-за него потерял семью, дом, все имущество. В 44 года жизнь была кончена. Но с веревкой на шее меня успели вытащить из туалета.
Когда лежал в центре реабилитации для воинов-«афганцев» в Витебске, друг рассказал о сообществе АА. У меня тогда как раз началась ломка, нужно было выпить. И подумал: «Там, наверное, можно будет похмелиться!» Когда пришли на место, оказалось, что собрание… в церкви. Внутри приличные, симпатичныелюди. Спрашиваю у друга: «Юр, а где алкоголики?» Потом, когда ребята начали говорить о себе, подумал, что это обо мне. Не было неуютно, никто ничего не навязывал, и это очень помогало.
Со временем я снова женился, нашел работу, даже учусь.
До возвращения в социум
Эти исповеди слушали не только другие члены различных групп АА, но и женщины, направленные в ЛТП на лечение и перевоспитание. Всех их объединяет алкогольная зависимость и противозаконное поведение. Подавляющее большинство являются обязанными лицами, задолжали государству от 4 до 120 млн. рублей. Более половины женщин ранее судимы, в том числе за тяжкие преступления. При этом их средний возраст — 27-30 лет. Но многие выглядят старше, курят, страдают от хронического кашля.
— К нам направляют в основном из Витебской и Могилевской областей, но есть и представительницы Минщины, — рассказала Елена Кучинская, начальник филиала учреждения. — Если с начала работы в апреле 2013 года мы приняли около 40 человек, то сегодня их почти 500. Помимо лечения и надзора, мы даем им всем возможность трудоустроиться. У нас есть свои цеха по деревообработке, пошиву, разделке лома цветных металлов. Заключены договоры с предприятиями «Белвест», «ЗИ», «Витебчанка» (у многих наших поднадзорных есть специальность швеи, приобретенная в местах заключения), а также «Ганна», «Ольговское» и другими, не требующими квалифицированного труда.
Руководство учреждения изучает социальные связи поднадзорных, чтобы знать, куда они придут после освобождения и можно ли условия их быта хоть немного изменить к лучшему. Зачастую женщины возвращаются к тому образу жизни, который вели раньше, потому что попадают в ту же среду: алкоголиков, тунеядцев, криминальных элементов. Неудивительно, что есть гражданки, которые уже по 6 раз были в ЛТП, а одна женщина из Орши успела дважды попасть именно в витебское учреждение, которое и работает-то всего второй год.
— В прошлом году 10 наших женщин закодировались, а в этом — более 20, — добавила Елена Кучинская. — Но кодирование не всегда эффективно. А группы анонимных алкоголиков позволяют удерживаться от пагубной привычки, потому что они дарят страдающим зависимостью не только надежду, но и окружение понимающих людей.