На карте Дубровенщины деревня Красная Слобода – крохотная точка. Здесь из жилых остались всего несколько домов, сельчан и с десяток не наберется. Один из них – бывший малолетний узник, инвалид по слуху Василий Рагулёв.
Сегодня его хозяйство – Милка, Маруся, Лиза, Катерина, Боня и Майкл. Имена домашним питомцам – котам и кошкам – придумывали вместе с супругой Александрой. Причем Майкл – 16-килограммовый мейн-кун.
– А раньше, – говорит Василий Демидович, – держали на подворье трех коров, лошадь, свиней, овец, кроликов, птицу. Теперь здоровье не позволяет.
А Александра Семеновна смеется:
– Когда-то хозяйство нас кормило, теперь мы полпенсии отдаем, чтобы прокормить кошачье царство. Зато с такими питомцами веселее.
Не дают скучать и внуки, которых у Рагулёвых двенадцать – навещают дедулю с бабулей регулярно. Хотя шестеро детей Василия Демидовича и Александры Семеновны давно разлетелись по разным городам нашей страны, на все праздники собираются одной большой дружной семьей в отчем доме.
– Вот смотрю на внуков и радуюсь за них, – признается Василий Демидович. – Я не видел такого счастливого детства…
Уроженец Красной Слободы был четвертым ребенком в простой крестьянской семье. Когда деревню заняли немецкие оккупанты, Васе исполнилось шесть лет.
– Отца не взяли на фронт – он получил контузию на финской войне. В 1943 году нашу семью, где, помимо меня, было еще 4 детей, отправили в деревню Ломачино Оршанского района. Там на несколько суток поселили в сарае, потом погрузили в товарные вагоны – и в Германию. Кто кричал, кто пищал... Страшно было, – делится он.
Воспоминания Василия Рагулёва о концлагере под Дрезденом – как разбитое стекло. Осколки уже не собрать воедино, но некоторые отдельные кусочки тех событий до сих пор перед глазами.
– В лагере кормили брюквой, очистками от картошки, – рассказывает бывший узник.– Дети днем были одни – взрослых на работу на завод отправляли. Однажды на меня залезла крыса, грызет меня, а я двинуться не могу...
Когда шестилетний Вася приболел и покрылся сыпью, немцы, не разбираясь, кинули его в яму за сараем. Там мальчик пролежал трое суток без еды и воды. Это был промозглый ноябрь с ночными заморозками.
– Не знаю как, но матери удалось уговорить фашистов посмотреть, умер я или нет, – делится горькими воспоминаниями Василий Демидович. – Меня достали из ямы, отнесли в горячий душ и укутали одеялами. Пришел врач, дал лекарства. Я остался жив, но почти потерял слух.
В это же время малолетний узник узнал, что умерла от тифа его младшая сестренка.
…Освобождение принесла Красная армия через 1,5 года. Семья вернулась на родину, где от дома и следа не осталось.
– Сначала мы жили в землянке. Родители пошли работать в колхоз и начали строить дом, – продолжает Василий Демидович. – По состоянию здоровья я едва закончил школу. Чудом поступил в школу киномехаников в Минск.
Получив специальность, Василий Рагулёв крутил кино на протяжении 30 лет.
– Однажды приехали в деревню Барсуки, привезли новинку кинематографа, – говорит Василий Демидович. – Там познакомился с Александрой, а через год она стала моей женой.
Молодая семья укоренилась в Красной Слободе. Здесь вырастили троих сыновей и трех дочерей. Работали не покладая рук.
– Иногда сидим с супругой и вспоминаем прошлое, – повествует Василий Рагулёв. – А оно – как одно мгновение. Не зря поется в песне: «Есть только миг между прошлым и будущим. Именно он называется жизнь». Так вот пускай наши потомки никогда не знают того, что довелось повидать нам, детям войны. Пусть мирное небо всегда будет над их головами, пускай они никогда не узнают лишений, голода, войны.
Фото Ольги Лебедевой.
