«Жить будете и помнить!». Так ответил на вопрос немецкого подростка советский солдат Иван Куряков, когда тот спросил у бойца армии победителей: «Что с нами будет теперь?»
Несмотря на все суровые испытания, которые судьба уготовила обыкновенному витебскому мальчишке, он не озлобился, нашел в себе силы милосердно отнестись к гражданам вражеской страны, развязавшей одну из самых кровопролитных и масштабных войн в истории человечества.
Иван Куряков рассказывает о военном времени четвероклассницам Маргарите Луговцовой и Елене Майоровой
Иван Климентьевич родился в 1926 году и был лишь немного старше того паренька, но еще до совершеннолетия побывал в концлагере «5-й полк», тяжело трудился и в рабочем лагере на бывшей зеркальной фабрике в городе на Двине. А после этого попал на фронт.
– Когда немцы пришли в Витебск, население начали забирать в лагеря, стариков не трогали, а молодежи приходилось скрываться. Мы тогда жили на Юрьевой Горке в землянке, но в одну из облав нас с братом поймали и отправили в «5-й полк». Там мы тоже пытались спрятаться, под нары залезали. Но люди начали опасаться и говорить, что из-за нас их всех расстреляют. Вышли на построение, и в тот же день нас переправили в трудовой лагерь от жандармерии на зеркальную фабрику. Родителей же оставили там, – рассказал Иван Куряков, добавив, что Витебск освободили 26 июня, а 22 – 23-го фашисты еще заставляли узников рыть окопы, только потом погнали всех из города до Бешенкович. Там ему удалось сбежать во время авиационного удара. Переночевав в одной из деревень у местных жителей, молодой человек отправился в родной город, но семью свою так и не нашел – немцы уже вывезли оставшихся в живых пленных. После освобождения в июле 1944-го Куряковы вернулись в Витебск, но разминулись с сыном всего на один день: родители приехали в город 18-го, а Ивана забрали в армию 17-го.
– Я трудился на железной дороге путевым рабочим. Помог туда устроиться дорожный мастер, чтобы я мог получать паек. Мне тогда еще 17 было, он посоветовал записаться в военкомат. Прибыл туда, а через три дня оказался в Ветрино. Попал в 52-й учебный стрелковый полк. Нас, новобранцев, закончивших семилетку, готовили по разным специальностям, я пошел на топографа-вычислителя, – пояснил Иван Климентьевич.
В декабре 1944-го, после непродолжительной подготовки в составе войск 1-го Прибалтийского фронта, приступил к боевым действиям. Иван Куряков занимался обработкой данных для артиллерийской дивизии из трех батарей, а это 12 орудий разного калибра и дальности поражения. Он рассчитывал координаты, кому и по каким целям необходимо наносить удары. Отлично ветеран помнит и свое первое сражение.
– Это было на Сандомирском плацдарме в Польше. Серьезно готовился к бою, не спал, тщательно обрабатывал все данные, постоянно корректировал, учитывая добытые разведкой сведения. Стояла задача пойти в наступление 12 января, были сильные снегопады, все белым-бело, но орудия поработали, перепахали землю, все стало черным. Мы обеспечили надежное прикрытие для нашей пехоты, – рассказал ветеран.
Потом в том числе и благодаря его грамотным действиям дивизия провела еще не одну успешную боевую операцию. В память о них Иван Климентьевич хранит копию приказа Верховного главнокомандующего маршала Советского Союза И. Сталина об объявлении благодарности красноармейцу Ивану Курякову за прорыв обороны противника западнее Сандомира, очищение от противника Домбровского промышленного района (Верхняя Силезия, Германия), форсирование реки Одер, разгром немецких войск юго-западнее Оппельна, прорыв вражеской обороны на реке Нейсе и выход в Берлин и на реку Эльба, участие в боях в столице фашистской Германии, взятие Бреславля и Дрездена, а также за освобождение от вражеских войск Праги. Есть у него и боевые награды: медали «За отвагу» и «За боевые заслуги», а также ордена – Великой Отечественной войны II степени и Красной Звезды. Правда, признался Иван Климентьевич, надевает их довольно редко, только по особым поводам, чтобы не злоупотреблять вниманием к себе.
Несмотря на то, что Иван Куряков дошел до Берлина, на Рейхстаге он, как многие советские солдаты, не расписался: остановились от него всего в полутора километрах. К немецкой столице их дивизия подошла с западной стороны еще в конце апреля. Первыми в город зашли танкисты. Иван Климентьевич вспоминает, как сослуживцы рассказывали об удивленных лицах фашистов, которые не ожидали ранним утром возле своих домов увидеть танки с красной звездой. Затем их войска перебросили к Праге. 9 мая о Великой Победе и капитуляции фашистского режима он узнал, находясь недалеко от станции Клингерберг.
– С немецкого это вроде переводится как «звучащая гора». Я тогда на посту стоял. Вдруг началась страшная стрельба. Все кричали «Ура! Победа! Наши войну закончили!». В Чехословакии нас встречали как героев, – отметил Иван Климентьевич.
Что же все-таки помогло выжить, с честью пройти все испытания того страшного времени, не сломаться и отвоевать право на свободу и мирное небо для своей страны?
– Непоколебимая вера в нашу Победу. Никто в ней не сомневался. Уже когда немцы заняли Витебск, мы с друзьями забрались в библиотеку, я там нашел книги по артиллерийскому делу — «Нашествие Наполеона на Россию» Евгения Тарле и «Гитлер против СССР» Генри Эрнста. Прочитал, передал их товарищам. С самого начала все были уверены, что война закончится. А еще при подготовке к бою часто вспоминал, как фашисты мирных жителей убивали просто за то, что те не могли сами идти, и старался тщательно все рассчитать, чтобы раз и навсегда дать отпор врагу, чтобы никто и никогда больше не смог повторить подобное, – признался ветеран.
Фото Дмитрия ОСИПОВА.
