Существует мир, невидимый невооруженному глазу, но бесценный для истины. Там мельчайшие фрагменты тканей хранят неоспоримые доказательства, а под светом микроскопов разворачиваются драмы и проясняются загадки. Корреспондент «Витебских вестей» побывала в лаборатории судебно-гистологических экспертиз управления ГКСЭ по Витебской области и узнала, как микроскопические улики помогают установить обстоятельства смерти, меняя ход целых уголовных дел.
Когда улика становится решающей
Рассказывая о своей работе, начальник отдела Татьяна Ширко приглашает заглянуть в самый центр расследования, где каждая деталь – на вес золота.
– Были истории, когда наши экспертизы становились поворотными, – голос специалиста звучит спокойно, но в нем чувствуется осознание важности каждого исследования. – Представьте: случайное падение мужчины с лесов. Вскрытие показало обширные повреждения. Но это лишь на первый взгляд... Гистология мягких тканей выявила типичные признаки электрометки. Это специфическое изменение, которое возникает только при поражении электрическим током. Так небольшая деталь указала на реальную причину трагедии.
А есть и более деликатные случаи.
– Например, когда умирает младенец, гистологическая экспертиза отвечает на вопросы: родился ли ребенок живым, был ли он жизнеспособным, – объясняет Татьяна Ширко.
Где рождается истина?
Итак, что же происходит с образцами, которые поступают на гистологическое исследование? Путь от фрагмента к кристально чистому свидетельству – не просто набор процедур, а почти алхимическое действо, требующее невероятной точности и терпения.
– Это сложный и многоэтапный процесс, – говорит судебный эксперт. – С соблюдением ряда строгих требований из образцов мягких тканей и внутренних органов изымаются кусочки определенных размеров. Затем происходят их обез-воживание, пропитывание и заливка в парафин. После чего начинается самый рутинный и одновременно захватывающий процесс изготовления срезов, толщина которых составляет всего 5 – 7 микрон. Это тоньше человеческого волоса в десятки раз! В финале – перенос на стекло, высушивание и окрашивание в специальном оборудовании.
Изначально все срезы прозрачны и кажутся пустыми. Исходя из поставленных для экспертов вопросов, применяются различные виды окрасок.
– Например, для определения давности повреждений мы используем окрашивание методом Перлса, – уточняет Татьяна Ширко. – В результате варьируется насыщение синим цветом железосодержащего пигмента.
Важно понимать, что гистолог не устанавливает причину смерти. Это задача судебно-медицинского эксперта, который проводит вскрытие.
– Мы предоставляем коллегам необходимые данные, помогаем им разобраться в сложных случаях, выявляя микроскопические изменения в тканях, указывающие на диагноз, обстоятельства кончины, – подчеркивает начальник отдела. – Смотрим на процессы абсолютно на другом уровне и увеличении, анализируем, запоминаем увиденное, чтобы затем описать и сделать грамотное заключение.
«Собиратели пазлов»
– Кто же эти люди, способные часами вглядываться в микроскопические вселенные, находя в них ответы на самые сложные вопросы следствия? Какие качества формируют настоящего гистолога?
– Прежде всего – аналитический склад ума, – отвечает без колебаний Татьяна Ширко. – По сути, мы собираем пазлы, берем маленькие, порой невнятные кусочки и соединяем их в единую картинку. Это касается как секционной работы, так и морфологической диагностики. Но, кроме этого, необходимы и другие качества: умение абстрагироваться от эмоций и концентрироваться на мелочах, внимательность, скрупулезность. В сложных и неоднозначных случаях в нашем подразделении проходят совещания экспертов, которые позволяют прийти к единому мнению. Также мы обращаемся за помощью к коллегам из других областей. Для обмена опытом проводятся семинары, конференции. К слову, эксперты отдела судебно-гистологических экспертиз ежегодно повышают квалификацию по различным тематическим направлениям.
– Какое оборудование вы используете в своей работе?
– Лаборатория оснащена новыми микроскопами и оборудованием для обработки биологического материала, а именно тканевым процессором, модульной станцией для заливки парафиновых блоков, автоматическим прибором для окраски препаратов, микротомами.
Фото предоставлены управлением ГКСЭ по Витебской области
