История объединяет. Одна война, одна Победа… И — общие поля былых сражений, где все еще лежат тысячи безвестных солдат Великой Отечественной. Для председателя правления Московской областной общественной организации «Благотворительный военно-исторический поисковый клуб «Память и примирение» Валерия Загрекова это не пустые слова. Вот уже 15 лет он приезжает на Витебскую землю вместе со своими единомышленниками, чтобы отдать гражданский и воинский долг тем защитникам Отечества, кому не суждено было вернуться с фронта домой. Вокруг российских энтузиастов сплотились и белорусские поисковики — раскопки на полях крупных боевых сражений они ведут совместно, сообщает SB.BY.
Лагерь под знаменами
…Издали видим многочисленные флаги, солдатские палатки и «штабной» шатер. О том, что на плацдарм Новики в Витебский район вновь вернулись российские поисковики, знает уже вся округа. Неудивительно — по два раза в год приезжают сюда патриоты-энтузиасты. И никакие границы, пандемии и другие преграды им нипочем. Копают, изучают, плотно работают с местными жителями, ищут зацепки для своих поисковых расследований.
— Люди часто подсказывают места возможных захоронений наших воинов, — отмечает Валерий Загреков. — К сожалению, уже нет прямых очевидцев тех трагических событий. Вот здесь, в Новиках, еще в прошлом году на перезахоронении советских солдат присутствовала бабушка — последняя свидетельница военных лет. Но, увы, и ее не стало.
Конечно же, члены военно-исторического клуба надеются не только на воспоминания уроженцев этих краев. Вон сколько в их арсенале всевозможного оборудования, позволяющего «прощупать» землю на двухметровую глубину.
— Лагерь разбили вчера, — рассказывает Валерий Викторович. — Торжественно открыли «Вахту Памяти». Наш нынешний состав — 30 человек плюс шесть воспитанников кадетского класса московской школы № 760 имени А. П. Маресьева, в котором я являюсь офицером-воспитателем. Со стороны Беларуси — около 20 добровольцев, уже постоянно работающих с нами. В этом году присоединились и полоцкие кадеты. С Полоцким кадетским училищем мы заключили специальное соглашение о сотрудничестве. Это новый шаг в патриотическом воспитании ребят. Что в планах на нынешнюю смену? По словам поисковиков, задачи определены, время расписано еще задолго до экспедиции.
— Прежде всего нужно зачистить вон то пятигектарное поле, — показывает начальник штаба Эдуард Новиков. — Мы уже три года работаем там, а плуги до сих пор поднимают останки солдат, вооружения и боеприпасов. Руководители местного сельхозпредприятия и сельсовета очень просили провести полное обследование. Так что первые два дня копаем там, дальше — по графику.
Пока мы беседуем, кадеты разжигают костер. Интересуюсь: как прошла первая ночь в полевых условиях? Восьмиклассники смущенно переглядываются. Отвечает командир — Валерий Загреков.
— Поучительно, — шутит и по-отечески журит: — К экспедиции готовились заранее, вроде изучили всю теорию. А вечером некоторые решили забраться в спальные мешки прямо в верхней одежде... Что было дальше? Замерзли. И вспомнили: спальный мешок призван собирать и сохранять тепло тела, а одежда этому, конечно же, мешает.
Юные поисковики улыбаются: да, первый блин комом. Но зато урок усвоен навсегда.
Так же, как и другие. Например, обязательное правило: прежде чем разжигать костер, нужно тщательно обследовать территорию. Вот взрослые, когда место под лагерь присматривали, кое-что нашли…
Про это «кое-что» мне рассказывают военные из саперно-пиротехнической службы войсковой части 5524, дежурящие неподалеку. Оказывается, исследуя территорию под лагерь, поисковики обнаружили выкопанные кем-то и оставленные боеприпасы.
— Артиллерийские снаряды и гранаты — всего 17 единиц, — сообщает прапорщик Роман Кондратенко, который приехал на вызов вместе с шустрой немецкой овчаркой Бафи. — А вообще, ничего необычного в этом нет — мы ежегодно работаем параллельно с волонтерами. В таких местах поля и леса хранят много «сюрпризов».
— Люди часто подсказывают места возможных захоронений наших воинов, — отмечает Валерий Загреков. — К сожалению, уже нет прямых очевидцев тех трагических событий. Вот здесь, в Новиках, еще в прошлом году на перезахоронении советских солдат присутствовала бабушка — последняя свидетельница военных лет. Но, увы, и ее не стало.
Конечно же, члены военно-исторического клуба надеются не только на воспоминания уроженцев этих краев. Вон сколько в их арсенале всевозможного оборудования, позволяющего «прощупать» землю на двухметровую глубину.
— Лагерь разбили вчера, — рассказывает Валерий Викторович. — Торжественно открыли «Вахту Памяти». Наш нынешний состав — 30 человек плюс шесть воспитанников кадетского класса московской школы № 760 имени А. П. Маресьева, в котором я являюсь офицером-воспитателем. Со стороны Беларуси — около 20 добровольцев, уже постоянно работающих с нами. В этом году присоединились и полоцкие кадеты. С Полоцким кадетским училищем мы заключили специальное соглашение о сотрудничестве. Это новый шаг в патриотическом воспитании ребят. Что в планах на нынешнюю смену? По словам поисковиков, задачи определены, время расписано еще задолго до экспедиции.
— Прежде всего нужно зачистить вон то пятигектарное поле, — показывает начальник штаба Эдуард Новиков. — Мы уже три года работаем там, а плуги до сих пор поднимают останки солдат, вооружения и боеприпасов. Руководители местного сельхозпредприятия и сельсовета очень просили провести полное обследование. Так что первые два дня копаем там, дальше — по графику.
Пока мы беседуем, кадеты разжигают костер. Интересуюсь: как прошла первая ночь в полевых условиях? Восьмиклассники смущенно переглядываются. Отвечает командир — Валерий Загреков.
— Поучительно, — шутит и по-отечески журит: — К экспедиции готовились заранее, вроде изучили всю теорию. А вечером некоторые решили забраться в спальные мешки прямо в верхней одежде... Что было дальше? Замерзли. И вспомнили: спальный мешок призван собирать и сохранять тепло тела, а одежда этому, конечно же, мешает.
Юные поисковики улыбаются: да, первый блин комом. Но зато урок усвоен навсегда.
Так же, как и другие. Например, обязательное правило: прежде чем разжигать костер, нужно тщательно обследовать территорию. Вот взрослые, когда место под лагерь присматривали, кое-что нашли…
Про это «кое-что» мне рассказывают военные из саперно-пиротехнической службы войсковой части 5524, дежурящие неподалеку. Оказывается, исследуя территорию под лагерь, поисковики обнаружили выкопанные кем-то и оставленные боеприпасы.
— Артиллерийские снаряды и гранаты — всего 17 единиц, — сообщает прапорщик Роман Кондратенко, который приехал на вызов вместе с шустрой немецкой овчаркой Бафи. — А вообще, ничего необычного в этом нет — мы ежегодно работаем параллельно с волонтерами. В таких местах поля и леса хранят много «сюрпризов».
Наша общая боль 
Новики… Многострадальная земля, на которой в июле 1943 года велись ожесточенные бои. Десятки деревень здесь были выжжены дотла, перепаханные снарядами поля и сегодня полны металла и человеческих останков.
Только в прошлом году благодаря поисковикам из заросших воронок, засыпанных блиндажей и уже сровнявшихся с поверхностью земли окопов было поднято и с почестями перезахоронено около 200 героев Великой Отечественной. За 15 лет — свыше тысячи. Вот рядом с тем самым ратным полем, которое уже сканируют металлоискателями волонтеры, — две свежие братские могилы с алыми обелисками. В одной из них — 42 неизвестных бойца Красной армии, погибших в боях за деревню Новики. Во второй — 83 воина… Последнее перезахоронение, которое и стало итогом предыдущей международной поисковой экспедиции, состоялось прошлой осенью.
— Здесь лежат еще сотни наших солдат, — уверен Эдуард Новиков.
Он разворачивает карту фотоаэросъемки, которая велась из немецкого самолета. На документе, выкупленном в архивах США, даже есть дата: 13 июня 1944 года. Начштаба объясняет: самолет-разведчик летел со стороны Лучесы. Вот наши подбитые танки вдоль дороги, вон артиллерийские установки… А от реки стреляли фашисты, работу которых и координировали летчики. Там — «Тигры», «Фердинанды»… Здесь — тоже высота… Всего за неделю она много раз переходила из рук в руки.
Плацдарм Новики — это крупнейшее сражение. Тут, на подступах к Лучесе, практически полегла 33-я армия Западного фронта. Освободители закрепились вдоль шоссе Витебск — Орша и готовились к броску на запад. Наши войска должны были отрезать путь к отступлению немецкой группировке. Но уж слишком мощно смогли фашисты укрепить свой рубеж обороны, выстроенный вдоль извилистой реки. Главным укрепрайоном восточного берега стал плацдарм Новики. Все овраги и лощины простреливались пулеметным и минометным огнем... По официальным данным, за февраль — март 1944 года тут на участке в 4,8 километра погибло, ранено и пропало без вести свыше 46,6 тысячи человек. Половина из них — у самой деревни Новики.
Только в прошлом году благодаря поисковикам из заросших воронок, засыпанных блиндажей и уже сровнявшихся с поверхностью земли окопов было поднято и с почестями перезахоронено около 200 героев Великой Отечественной. За 15 лет — свыше тысячи. Вот рядом с тем самым ратным полем, которое уже сканируют металлоискателями волонтеры, — две свежие братские могилы с алыми обелисками. В одной из них — 42 неизвестных бойца Красной армии, погибших в боях за деревню Новики. Во второй — 83 воина… Последнее перезахоронение, которое и стало итогом предыдущей международной поисковой экспедиции, состоялось прошлой осенью.
— Здесь лежат еще сотни наших солдат, — уверен Эдуард Новиков.
Он разворачивает карту фотоаэросъемки, которая велась из немецкого самолета. На документе, выкупленном в архивах США, даже есть дата: 13 июня 1944 года. Начштаба объясняет: самолет-разведчик летел со стороны Лучесы. Вот наши подбитые танки вдоль дороги, вон артиллерийские установки… А от реки стреляли фашисты, работу которых и координировали летчики. Там — «Тигры», «Фердинанды»… Здесь — тоже высота… Всего за неделю она много раз переходила из рук в руки.
Плацдарм Новики — это крупнейшее сражение. Тут, на подступах к Лучесе, практически полегла 33-я армия Западного фронта. Освободители закрепились вдоль шоссе Витебск — Орша и готовились к броску на запад. Наши войска должны были отрезать путь к отступлению немецкой группировке. Но уж слишком мощно смогли фашисты укрепить свой рубеж обороны, выстроенный вдоль извилистой реки. Главным укрепрайоном восточного берега стал плацдарм Новики. Все овраги и лощины простреливались пулеметным и минометным огнем... По официальным данным, за февраль — март 1944 года тут на участке в 4,8 километра погибло, ранено и пропало без вести свыше 46,6 тысячи человек. Половина из них — у самой деревни Новики.
Эхо кровавых сражений
Вот почему и сейчас здесь, на этом маленьком поле-пятачке, то и дело пищат металлоискатели. И тогда участники международной патриотической экспедиции берут в руки лопаты…
…Призывно машет рукой начштаба: есть находка! Мины, артиллерийские снаряды, гранаты и фрагменты ракетницы… Неподалеку — останки человека. В работу включаются саперы и военнослужащие 52-го отдельного специализированного поискового батальона. У всех свои обязанности и своя зона ответственности.
Только закончили в этом квадрате — призыв с соседнего, где когда-то была траншея. Сигнализируют белорус Павел Матвеев и россиянин Юрий Бородулев: безошибочно сработал металлоискатель. Буквально на полуметровой глубине — останки солдата, каска, подсумник, гранаты, расческа… И это только первый день раскопок…
Получается, что все поле — большое кладбище. Сколько крови пролито здесь!
— Поисковая работа — это не просто желание восполнить недостающие страницы в летописи страны. Это наш долг, — едины в своем мнении поисковики двух стран. Уроки истории нельзя забывать. И фашизму нужно давать достойный отпор. Вот такие патриотические экспедиции — это и есть школа жизни. Как для взрослых, так и для подростков, которым завтра предстоит строить будущее. Столько времени прошло после Великой Отечественной войны, а список ужасающих фактов геноцида белорусского и российского народа продолжает увеличиваться. Это не должно повториться.
Фото SB.BY.
