Но все же мы знаем: тысячи патриотов Родины вели непримиримую борьбу прямо под носом у оккупантов, в их учреждениях, боевых порядках, местах дислокации живой силы противника. На каждом шагу их подстерегала опасность, они подвергались ежедневному риску, но не покорялись врагу.
Целая сеть подпольных организаций действовала в Витебске и Витебском районе. Во многих районах северного региона было свое подполье: Глубокском, Городокском, Докшицком, Верхнедвинском (тогда Освейском), Дубровенском, Лепельском, Оршанском, Полоцком, Россонском, Шарковщинском, знаменитое Обольское – в Шумилинском... Где-то было по несколько подпольных групп, действовавших в разное время, независимо друг от друга. Так, в Богушевском было 17 подпольных организаций, а в Сенно – 7. Можно предположить, что мы до сих пор не знаем обо всех подпольщиках. Но то, что это было широкое движение истинных патриотов, неоспоримо, как и их вклад в дело Великой Победы.
В основу данной статьи легли книги Николая Пахомова, Нины и Николая Дорофеенко «Витебское подполье», другие художественно-документальные произведения о героях-подпольщиках, материалы музеев области – все они созданы на основании фактов, документов, рассказов очевидцев и участников событий военных лет.
Намерения, с которыми захватчики пришли на нашу землю, были четко изложены в немецком плане «Ост». Согласно ему оккупированные территории предполагалось очистить от 30 млн человек путем их депортации или уничтожения. Тотальному истреблению подлежали евреи и цыгане. 65 % белорусов планировалось переселить в Сибирь, остальных превратить в дешевую рабочую силу, онемечить. Фашисты пришли грабить, подчинять, убивать – и к осуществлению своих намерений приступили незамедлительно.
Витебск оккупировали 11 июля 1941 года. Новой ужасающей приметой города стали места принудительного содержания советских граждан: концлагеря «Пятый полк», в Лучесе, на бывшей зеркальной фабрике, на кирпичном заводе, тюрьмы и гетто. Еврейское население – около 20 тыс. человек – к октябрю уничтожили практически полностью.
Оккупанты обязали работать всех жителей в возрасте от 15 до 65 лет, с них взимали социально-страховые сборы, внушительный подушевой и другие налоги. Владельцы коров были обязаны сдавать молоко. Вошли в обиход облавы. Был введен комендантский час с 20.00 до 5.00.
Нарушение любого из «новых правил» служило поводом для наказания – от ударов палками, принудительного помещения в концлагеря или угона в Германию до лишения жизни. В городе появились виселицы, с целью устрашения проводились публичные казни.
Шла охота на коммунистов, комсомольцев, советских активистов. Витебск наводняли карательные органы фашистов: полиция безопасности и СД, военная разведка и контрразведка, тайная полевая и охранная полиция, жандармерия, войска СС. За поимку партизана обещали награду 500 рублей, а за выдачу коммуниста с партбилетом – 5 тыс.
Казалось, в таких условиях не найдется смельчаков, которые посмеют поднять головы, сопротивляться. На самом деле люди затаились, но не покорились.
Понимая, что это может быть полезно для будущей борьбы, многие патриоты трудоустраивались на созданные гитлеровцами предприятия, продолжали работать на железной дороге, в больницах, других учреждениях. В начале деятельности практически каждой подпольной группы ее члены собирали и прятали оставшееся после боев оружие, сохраняли радиоприемники, тайно слушали и распространяли сводки Советского информбюро.
В условиях вранья немецких газет и радио, отсутствия правдивой информации вести с Большой земли подтверждали: советский народ стоит насмерть за каждую пядь родной земли. Не могли и патриоты на оккупированных территориях сидеть сложа руки. Их планы становились все более дерзкими, а действия – результативными: помогли бежать военнопленным, раздобыли для них документы, во время авианалета кострами обозначили стратегически важные объекты... И все же эти первые, в большинстве – самоорганизованные группы не наносили большого урона врагу, были легко уязвимы, поскольку не знали методов конспирации.
Новый этап в истории подпольных групп Витебщины начался в феврале 1942-го, когда они установили связь с партизанскими отрядами и армейскими соединениями. К лету на территории области действовало уже 17 партизанских бригад. К концу года только в Витебске насчитывалось 56 подпольных ячеек. Чтобы, объединив их, усилить эффективность деятельности в Витебске, решили создать руководящий подпольный центр. Для этого направили опытную подпольщицу Веру Хоружую. За месяц она успела частично централизовать подпольщиков, отправить 12 зашифрованных писем-донесений, в которых уверенно свидетельствовала о патриотичных настроениях в оккупированном городе, сообщала ценные разведданные и результаты ночных авианалетов.
13 ноября 1942 года Вера Хоружая пришла на явочную квартиру, но явка была провалена. Она и еще шестеро ее товарищей попали в городскую тюрьму на Суражском шоссе, через пять дней их перевели в тюрьму СД – ныне улица Комиссара Крылова, 7.
...Когда в 1944-м Витебск был освобожден, в здании по этому адресу намеревались разместить администрацию будущего станкостроительного завода. Войдя в его запущенные помещения, люди обнаружили орудия пыток: дыбу для выворачивания плечевых суставов, станки для вырывания ногтей. В подвалах – четыре камеры без окон с залитыми водой полами, низкими потолками. И предсмертные послания живым на стенах: «Бомба (Лида Берёзкина. – Прим. авт.); Хоруж...; Эдуард Гребеньков; Таня, Рая, Миша 1926 – 1942; я умираю. Яроцкий». Говорят, было около ста надписей. Сохранились те, что были глубже нацарапаны. Сделанные кровью стерло время.
По неполным данным, только с 18 июля по 18 декабря 1943 года через эти застенки прошло более 3 тыс. человек. Живым отсюда практически никто не вышел. Где покоятся останки узников, точно не установлено.
Экспозиция «Памяти патриотов Витебщины 1941 – 1945» областного краеведческого музея уникальна. Это единственное на всем постсоветском пространстве сохранившееся аутентичное место, служившее тюрьмой СД. Здесь не смеются, посетители выходят из музея, задаваясь немыми вопросами: «Как люди смогли это выдержать? Из чего они были сделаны? Как надо любить Родину, чтобы ради ее свободы обречь себя на такие мучения и смерть?»
Их были тысячи! Особенно отличившиеся активисты подпольного движения на Витебщине были удостоены звания Героя Советского Союза: Константин Заслонов, Ефросинья Зенькова, Зинаида Портнова, Татьяна Мариненко, Вера Хоружая.
Подпольщики знали: в случае провала они неизбежно погибнут, но перед смертью их предадут ужасным пыткам, им предстоит ощутить невыносимые физические и нравственные страдания. И все же на место павших героев отважно вставали новые бойцы. Подполье – в разном составе – действовало вплоть до освобождения Витебской области в 1944 году.
Его главной чертой является работа в тесном взаимодействии с партизанами. Они совершали боевые операции на основании разведданных, добытых и переданных им подпольщиками, обеспечивали их минами и взрывчаткой для проведения диверсий. Бойцы сопротивления взрывали паровозы, водонапорные башни, мосты, склады с награбленным добром, саботировали производство работ на различных объектах.
Так, например, вследствие действий подпольщиков в сентябре 1942-го в Полоцке образовался затор из 25 поездов, следовавших в сторону фронта. В Витебске был организован затор из 30 поездов, направлявшихся в Германию. Переброска порожняка из Витебска через Оршу была невозможна по причине взрывов на линии и перегрузки станции Орша порожними составами.
...Подполье рождается в самые темные времена. Но неугасимый свет подвига его участников доходит до наших дней.
Фото автора и из открытых источников.
