Важнейшим направлением совершенствования судебной системы Беларуси является внедрение информационных технологий и переход на электронное судопроизводство. Как экономический суд становится на цифровые рельсы, чего ждать и к чему готовится субъектам хозяйствования, а также что показали итоги 2019 года в интервью «Витебским вестям» рассказал председатель экономического суда Витебской области Олег Киенко.
— Олег Борисович, вначале традиционный вопрос о наиболее значимых статистических итогах минувшего года и важных тенденциях в судебной практике.
— Пятый год подряд количество процессуальных обращений в экономический суд Витебской области уменьшается. Правда, в отличие от предыдущих лет в 2019-м это снижение оказалось не столь значительным (всего 8%) и произошло только за счет приказного производства. Количество исковых заявлений увеличилось.
Это подтверждает правильность избранного курса на сокращение судебной юрисдикции по бесспорным требованиям за счет расширения компетенций нотариата, когда взыскание осуществляется путем совершения исполнительной надписи. И в дальнейшем будет расширяться перечень требований, по которым для взыскания неоспариваемого долга достаточно обратиться к нотариусу, минуя суд.
В целом экономический суд сработал в 2019-м успешно. В качестве подтверждения приведу такие аргументы. По итогам года показатель эффективности судебных заседаний по делам искового производства составил 83%, то есть из 100 исков 83 рассмотрены в первом судебном заседании без перерывов и переносов сроков. Кроме того, количество отмененных вышестоящими инстанциями постановлений суда не превысило 1% от общего количества решений по делам, рассмотренным в первой инстанции. Этот показатель у нас стабилен на протяжении последних лет.
— Для судебной системы значимым событием 2019 года стало апрельское совещание с участием главы государства по вопросам совершенствования деятельности судов общей юрисдикции. Среди поднятых на нем тем – повышение качества судебного администрирования, создание единого апелляционного суда, внедрение электронного правосудия. Что это означает для субъектов Витебской области?
— На совещании были поставлены задачи на ближайшую перспективу, решение которых позволит сделать судебную систему максимально открытой и доступной с учетом современных требований, судебную практику — предсказуемой, принимаемые решения — понятными и справедливыми. Среди первостепенных вопросов — принятие единого процессуального кодекса, проект которого должен быть подготовлен до 1 января 2022 года, а также создание единого апелляционного суда.
Сейчас в экономическом суде Витебской области реализуются два проекта в контексте создания электронного правосудия. Первый из них подразумевает модернизацию локальной вычислительной сети и внедрение автоматизированной информационной системы судов общей юрисдикции (АИС СОЮ). Фактически это переход на электронное делопроизводство, что позволит в режиме реального времени иметь полную информацию о движении любого дела в белорусских судах.
Второй проект — создание системы аудиовидеофиксации судебных заседаний. Это сделает судебную систему более открытой и, в частности, позволит снять любые сомнения и жалобы по поводу происходящего в зале судебного заседания. Такая новация будет внедрена у нас ориентировочно во второй половине текущего года.
В следующем году должен стать доступен электронный банк данных судебных решений. Что это даст? Очевидно, что знание закона должно дополняться владением информации о практике его применения. Особенно это важно для субъектов хозяйствования, которые должны представлять, как будет разрешаться спор в рамках действующего законодательства с учетом сложившейся судебной практики. Это обеспечит определенную прогнозируемость, а в более широком контексте — предсказуемость условий ведения бизнеса.
— Еще одна тема, активно обсуждаемая после апрельского совещания — реализация принципа справедливости в судебной практике. Как он работает при рассмотрении, например, споров с участием контролирующих или органов исполнительной власти?
— Сразу оговорюсь, что подобных дел с участием госорганов единицы. Вместе с тем есть примеры, которые подтверждают: невзирая ни на что, суд разберется и вынесет объективное решение. Так, частная компания оспорила решение таможенного органа о доначислении более 50 тыс. руб. таможенной пошлины, налогов и пени. Речь шла о нарушении порядка использования транспортного средства, ввезенного из-за границы с предоставлением льгот по уплате таможенной пошлины и НДС. При рассмотрении дела экономический суд установил, что таможня не располагает достаточными данными, чтобы подтвердить законность обжалуемого решения, хотя бремя доказывания по этой категории дел лежит на госоргане. Более того, как выяснилось, в товарно-транспортной накладной был указан не тот автомобиль. Решение таможенного органа признано недействительным.
Еще один пример. Финансовая милиция проверила частную компанию, работающую на давальческом сырье из России. В результате пришла к мнению, что фирма перерабатывала сырье, но готовые изделия не вывозила обратно в Россию. В суде было установлено, что хозяйственные операции по отгрузке товаров фактически осуществлялись, все первичные учетные документы есть и оформлены в соответствии с законодательством, расчеты за оказанные услуги подтверждены получателем товара. Обстоятельства, указанные в акте проверки, носят предположительный характер и не подкреплены надлежащими доказательствами. Суд признал решение финансовой милиции недействительным.
В этом контексте хочу обратить внимание на такой момент. В Беларуси постоянно проводится работа по улучшению условий ведения бизнеса, основополагающим документом которой является Декрет №7 «О развитии предпринимательства». Замечательно, когда предоставленные этим документом возможности субъекты хозяйствования используют по назначению. Однако в судебной практике есть и примеры злоупотребления ими. Поэтому важно помнить, что наличие широких прав и возможностей накладывает также серьезную ответственность.
— Какова общая ситуация с делами о банкротстве? Какие тенденции в сфере экономической несостоятельности можно выделить, анализируя практику суда в этой категории дел?
— Эта тема затрагивает интересы очень большого круга лиц: должники, кредиторы, наемные работники… В частности, сейчас в производстве суда 8 дел о банкротстве районных потребительских обществ, сложность и объемность которых связана с реализацией большого количества имущества, в том числе недвижимости. Есть 7 дел о банкротстве сельхозпредприятий. Пять из них признаны банкротами и ликвидируются, еще в отношении двух организаций предстоит вынести аналогичные решения в марте и мае нынешнего года. Об этом можно говорить уверенно, так как их финансовое положение таково, что другого выхода мы не видим.
Подводя итоги прошлого года, отмечу завершение ликвидационного производства в отношении Витебского ОАО «КИМ». 28 января 2020 года акционерное общество исключено из Единого госрегистра юрлиц и индивидуальных предпринимателей.
Также завершена ликвидация 15 сельхозорганизаций, которая проводилась в соответствии с Указом №253 от 4 июля 2016 года. При взаимодействии с местными органами власти и судом антикризисные управляющие проделали значительный объем работы, так что в целом процесс прошел спокойно. Ликвидное имущество было реализовано или передано для последующего вовлечения в оборот. Большое внимание уделялось вопросам трудоустройства работников, для их решения очень важно четкое взаимодействие управляющих и местных властей.
— Еще два сельхозпредприятия находятся в санации…
— Да, это «АгроСитцы» (Докшицкий район) и Шумилинский райагросервис. На их примерах четко видно, что общая процедура банкротства не подходит для сельскохозяйственных организаций. Это связано со спецификой их деятельности, воздействием на производственный процесс в сельском хозяйстве множества объективных факторов. Также надо принимать во внимание накопленную долговую нагрузку. Мы считаем, что продолжать восстанавливать платежеспособность сельхозпроизводителей необходимо во внесудебных процедурах. Для этого есть эффективные механизмы в Указах №253, №399, а также в недавно подписанном главой государства Указе №70 «О развитии агропромышленного комплекса Витебской области».
Поясню на примере «АгроСитцы». К моменту открытия процедуры санации его долг превысил 11 млн рублей. За два последующих года погашено около 18 тыс. руб. задолженности перед Фондом соцзащиты, а это, как известно, связано с назначением пенсий работникам. Конечно, хорошо, что предприятие работает и справляется с текущими платежами. Однако не стоит забывать, что санация предполагает прежде всего расчеты с кредиторами. Если этого не происходит, то платежеспособность не восстановится. Аналогичное положение и на Шумилинском райагросервисе.
Обоснованность нашего предложения подкрепляется положительными примерами. Давайте вспомним госпредприятие «Устье» НАН Беларуси». Первоначально оно проходило судебную санацию, но позже переведено на оздоровление с учетом норм Указа №399. Сегодня хозяйство успешно продолжает деятельность, в том числе реализуя сложные инвестиционные проекты.
— Как проходит санация ОАО «Витебский комбинат шелковых тканей»?
— В соответствии с постановлением Совета Министров и определением экономического суда срок санации продлен до июня 2022 года. Если охарактеризовать положение на предприятии, то налицо типичные проблемы — изношенность основных фондов, отсутствие оборотных средств. Санация проходит тяжело, неиспользуемое имущество не реализуется, не удалось оптимизировать производство. Есть дефицит специалистов, сырья, которое завозится в том числе из Китая, так что пока непонятно, как отразится на комбинате ситуация с коронавирусом.
Безусловно, чтобы оздоровить такое крупное предприятие, нужны финансовые вливания или стратегический инвестор. На это должны обратить внимание концерн «Беллегпром», а также кредиторы и антикризисный управляющий, чтобы за оставшееся до завершения срока санации время скорректировать планы и попытаться исправить положение.
Фото Сергея КОЧЕТОВА.
