Школьный буллинг сегодня стал реальностью как в западных странах, так и на постсоветском пространстве. Видео с разборками между одноклассниками и истязанием изгоев периодически лихорадят интернет. Факт того, что дети могут быть более жестокими, чем взрослые, а жертвы этой самой жестокости имеют намного меньше шансов защититься, свидетельствует о проблеме. К сожалению, не обошла она стороной и нашу страну.
По оценкам европейских исследователей, в роли жертвы буллинга в разные периоды школьной жизни побывали 50% детей, 10 — 15% учащихся находятся в этой ситуации прямо сейчас – каждый день они идут в школу, как на казнь.
О вопросах школьного буллинга мы поговорили с заведующей детско-подростковым отделением Витебского областного клинического центра психиатрии и наркологии Еленой Даниловой.
Жертвы и агрессоры
На прием пришли родители с 11-летним ребенком. Жаловались на снижение и перепады настроения сына, плаксивость. В ходе разговора с ребенком выяснилось, что в школе проводили соревнования и класс мальчика проиграл. Во всем дети обвинили только одного учащегося. Его ругали, обзывали. В один день его терпению пришел конец и в присутствии сверстников мальчик стал затягивать на себе галстук, демонстрируя готовность к суициду. После чего в школу вызвали родителей и после беседы с психологом посоветовали обратиться к психиатру.
Еще одна печальная история произошла с девочкой 16 лет. Родители развелись, когда ей было 12. Дочь осталась жить с матерью. Она очень тяжело переживала расставание родителей, утратила уверенность в себе, стала замкнутой, подавленной, значительно упала успеваемость в школе, ведь привычная жизнь подростка разрушилась. Девочка переживала психологическую травму, так как с отцом у нее была особенная связь. В этот сложный период она и стала жертвой школьногобуллинга, потому что сил сопротивляться издевательствам у нее просто не было. Девочку регулярно обижали и обзывали, унижали. Она отказывалась ходить в школу. В таком состоянии мать привела подростка на консультацию в детско-подростковое отделение областного клинического центра психиатрии и наркологии.
Есть и другие случаи. Например, десятилетний мальчик Саша сам стал травить одноклассников. Дома он подвергался психологическому и физическому насилию со стороны отца. И его буллинг в школе был уже следствием. Ребенок пытался восстановить чувство собственного достоинства, унижая других детей.
Задире тоже нужна помощь
– Буллингспособен отравить ребенку детство. Более того, отравить личность, исказить представление человека о себе, о других, о том, как устроен мир. Сейчас появляется все больше исследований, которые показывают, что опыт травли вовсе не безобиден и может иметь серьезные последствия, — подчеркнула Елена Данилова.
Кроме того, стать жертвой школьной травли может любой. Все мы имеем свои психологические особенности, определенную внешность, характер. Кому-то мы не понравимся, и дело может не ограничиться банальной неприязнью.
– Главное – вовремя выявить тревожные звоночки и помочь нашим детям, – продолжает Елена Леонидовна. – Наверное, каждый из нас имел опыт столкновения со школьной травлей. Кто-то побывал жертвой, кто-то активно участвовал или оказался свидетелем. Это были не лучшие моменты нашего детства, связанные с чувством страха, стыда, бессилия, и, возможно, мы очень старались о них забыть. Подчеркну, что непопулярные, физически слабые дети будут защищены в школе от травли, если сама атмосфера направлена на противодействие буллингу. Другими словами, не так важно, какой ребенок приходит в школу, важно, как окружающие реагируют на него, насколько у них развиты чувства сострадания или сопереживания.
Буллинг – это англоязычное определение эмоционального и/или физического насилия над избранной жертвой. Ему соответствует и термин травля.
Дети в предподростковом и подростковом возрасте проходят стадию освоения принадлежности группе. Им надо научиться быть членом группы, своим среди своих, освоить групповую иерархию, научиться быть полезным группе, соблюдать некие групповые нормы и правила.
Среди наиболее значимых причин буллинга специалист отметила недостаточную развитость навыков конструктивного взаимодействия (уважительное отношение друг к другу, независимо от пола, вероисповедования, личностных характеристик), социальную пропаганду и поощрение агрессивного поведения в обществе (на телевидении, в интернете, компьютерных играх), семейные проблемы (недостаток родительской любви и внимания, физическая и вербальная агрессия со стороны родителей, чрезмерный контроль), педагогические причины (микроклимат в классе, школе).
На самом деле причин, по которым возникает травля, много: и потребность возраста, и давление закрытой системы, и личные особенности детей, и недостаток опыта у педагогов, и фоновая агрессия в обществе. Все это стоит изучать, вникать в причины и понимать. Другое дело, как общество решает эти проблемы и признает ли само существование буллинга?
– Елена Леонидовна, уместно ли говорить о том, что ребята, которые занимаются боевыми искусствами, агрессивнее других? Влияет ли увлечение спортом и мужское воспитание на то, что именно такие ребята будут травить сверстников?
– Однозначно нет. Даже если ребенок сможет дать сдачи и окажется сильнее обидчика, проблема насилия никуда не исчезнет, сменятся только роли. Представьте, что все родители посоветуют детям решать проблемы силой, чем это закончится?
Сначала нужно пресечь травлю, а только затем начинать работу со всеми участниками процесса. Если говорить о борьбе с самим явлением, то, прежде всего, надо быть внимательным к своему ребенку и понять, что он стал жертвой буллинга. На это могут указывать некоторые признаки. Например, ребенок без видимых на то причин не хочет идти в школу, жалуется на головные боли или боли в животе. У него появляются ссадины, синяки, приходит домой в грязной одежде. Он стал замкнутым, нарушился сон, пропадают личные вещи, удаляет аккаунты в социальных сетях.
Елена Данилова подчеркнула, что главное — не надеяться, что ситуация изменится сама по себе. Нужно незамедлительно действовать. Изначально необходимо попробовать решить проблему в рамках учебного заведения. Поговорить с ребенком, выяснить подробности травли (кто совершает насилие, какое, где, когда, в присутствии кого, размещены ли в интернете видео с оскорбительными выпадами и т.д.). Обратиться к классному руководителю, в социально-педагогическую психологическую службу, администрацию учебного заведения. Пообщаться с обидчиком и его родителями. От их поведения (признание/непризнание вины, желания принести извинения, возместить причиненный вред) зависят ваши дальнейшие действия.
Буллинг: быть или не быть…
По мнению Елены Даниловой, травлю остановить сложно, но возможно. Все зависит от позиции взрослых. От того, какие правила приняты в школе и классе – не формальные, которые написаны на стенке, а настоящие, разделяемые в глубине души. Если коллектив школы решает, что травля неприемлема, он обязательно с ней справится.
Первое, что надо сделать, – признать травлю. Любая проблема решается только тогда, когда есть тот, кто ее решает, кто берет на себя ответственность. Если взрослые будут разводить руками и говорить: «Ну, что поделать, такие сейчас дети», ничего не изменится. Кто может быть ответственным? Мы помним, что буллинг – болезнь группы, значит, работать с ней должен тот человек, который общается с группой и руководит ей, кто может задавать правила игры: педагогический коллектив и родители должны идти в одной связке.
– Важно отличать ситуации травли, конфликтов или непопулярности, – подытожила Елена Данилова. – Последствия травли крайне опасны для школы в целом, поскольку в разы увеличиваются риски насилия отчаявшейся жертвы над собой или над мучителями и свидетелями. Если кого-то из детей в классе не любят, у него нет друзей, его неохотно принимают в игру, но насилия в его адрес нет, это не травля, а непопулярность. При непопулярности человеку может быть обидно, грустно и одиноко. При травле ему страшно, он постоянно чувствует себя в опасности. Никто не может обещать каждому ребенку в классе, что он будет всем нравиться. Но физическую и психологическую безопасность школа обязана обеспечить каждому ученику. Если дети поругались или даже подрались, позже вместе играют в футбол, если они взаимодействуют на равных, это не травля, а конфликты.
Понятно, что избежать ссор (порой доходящих даже до рукоприкладства) невозможно, и не стоит ставить такую цель. Детям нужно научиться контролировать свою агрессию, отстаивать свои права, ссориться и мириться, ведь конфликты могут быть полезны для развития.
При травле нет смены ролей, нет равенства сторон конфликта. В данном случае одни всегда нападают, а другие всегда страдают. Травля не учит хорошему, не способствует развитию детей, а тормозит. Если один ребенок кого-то задирает, обижает, дразнит, а остальные его в этом не поддерживают, осуждают его действия, сочувствуют пострадавшим, это не травля, это проблема с агрессивным поведением конкретного ребенка. В случае травли работать нужно с группой в целом.
Истины вместо послесловия
Считается, что дети – это наше отражение. И перемены начнутся, когда мы сумеем, посмотрев на себя в зеркало, признать: многие внешние проблемы имеют корни в наших семьях. Изменения наступят лишь после того, как родители и их дети перестанут видеть друг друга по разные стороны баррикад, после того, как взрослые будут готовы взять на себя ответственность за происходящее с их детьми. Вопрос вдругом: насколько мы готовы к таким переменам? К чему они нас приведут?
Чтобы искоренить жестокость, необходимо разговаривать с детьми как со взрослыми, рассуждать с ними о дружбе, любви, страхе, боли, комплексах, взаимовыручке, а не только изучать химико-математические формулы. Отговорки некоторых взрослых, что в их время эмоциональной сфере не уделялось внимания и «ничего, выросли нормальными», сегодня не выдерживают критики. Наверное, поэтому вокруг столько несчастных ребят. Учиться быть счастливыми, а значит, добрыми и открытыми, нужно с детства.
Если вы чувствуете, что вам надо обсудить ситуацию с профессиональным психологом на условиях анонимности, вы можете позвонить круглосуточно по телефону доверия в Витебске – 8 (0212) 61-60-60 или на детскую линию помощи – 8-801-100-16-11.
Фото из открытых источников.
