Мастерство реставратора сродни умению ювелира: он скурпулёзно работает над жемчужинами мирового искусства, стараясь сохранить первозданную красоту истинного сокровища. Витебчанин Юрий Кегелев, вот уже много лет занимающийся реставрационной работой, рассказал, что представителю его редкой профессии нужно не только иметь художественное образование и навыки рисования, но и обладать широким кругозором, терпением, прозорливостью и хорошим здоровьем.
Многогранный специалист
Реставратору прежде всего необходимо обладать неисчерпаемым багажом знаний и постоянно пополнять его, чтобы не отставать от времени, а порой и спорить с ним. Ведь прогресс иногда может навредить тем предметам искусства и историческим реликвиям, которые от неправильного хранения или излишнего солнечного света при их демонстрации начинают терять свой первоначальный вид.
Например, модная нынче в музеях мира яркая подсветка картин и археологических артефактов бьет по ним тепловым ударом. Это сродни тому, как если бы мы стояли круглосуточно под палящим солнцем. Но человек может хотя бы скрыться в тень, а вот экспонаты безмолвно терпят до поры до времени. Однако и они дают знать, что им некомфортно, например, на полотнах живописцев высыхает и лопается краска, кости мамонтов и динозавров начинают рассыпаться, дерево трескаться, а металл темнеет или покрывается некрасивым налетом.
Вот здесь на помощь и приходит человек, консервирующий время.
Все по формулам – таков основной принцип работы реставратора. Он обязан обладать знаниями в химии, физике, истории, взглядом и вкусом художника и даже владеть навыками электрика.
Великое – в мелочах
Знания в области искусства и истории – это понятно: реставратор должен соблюдать концепцию определенной эпохи, стиль автора, видеть его глазами и быть его современной рукой, чтобы вернуть почти утраченное произведение в сокровищницу народного достояния. Но при чем здесь остальные науки, спросите вы?
Как сказано выше, на состояние музейного экспоната может повлиять даже световой электрический поток. Поэтому следует выбирать лампы с менее агрессивным тепловым излучением, отдавать предпочтение точечной подсветке, например, светодиодными шнурами или отдельными лампами. Кроме того, как утверждает реставратор Юрий Кегелев, экспонатам просто жизненно необходимо дышать, а современные кондиционеры с этим не всегда справляются. Самым приемлемым считается естественное проветривание, для него нужно отказаться от пластиковых окон и расположить экспонаты и витрины так, чтобы поток воздуха плавно растекался по всему залу.
Батареи порой добавляют серьезных проблем, ведь тепло от них искусственное. Именно поэтому нужно прикрывать их экранами, которые можно сделать частью выставки, расположить рядом теплолюбивые предметы – хранитель реликвий и художник в одном лице даже это способен обыграть так, что зритель ничего не заподозрит и будет считать, что каждая деталь на своем месте.
Что до навыков химика, то здесь все закономерно: реставратор работает с кислотами, растворителями, красками, лаками, металлами и обязан знать, как это все взаимодействует между собой и реагирует на кислород. Именно воздух порой становится медленным убийцей ценных предметов искусства и археологии. Юрий Кегелев в свое время изучил свойства многих материалов и нашел самые приемлемые для хранения и реставрации тех артефактов, которые находились в фондах витебских музеев.
Ценным экспонатам необходимо создать комфортные условия. Юрий Кегелев не только как ценитель прекрасного, но и профессионал в своем деле знает, как важны для предметов, дошедших до нас из глубины веков, покой, уют и все полагающиеся удобства, чтобы они чувствовали себя как дома. А пришедшие в гости к истории посетители музеев смогли ощутить энергетику, исходящую от таких предметов.
Опередили время
Юрий Алексеевич по праву может гордиться тем, что его талант и художественный взгляд смогли спасти не одно произведение искусства и явить миру картины и важные исторические находки, грозящие кануть в Лету.
Уникальная выставка древностей в областном краеведческом музее, которая открылась в 1999 году и до сих пор практически неизменна и актуальна, – тоже одно из детищ Юрия Кегелева.
– К нам приезжали музейные работники из других городов, удивлялись коллекции исторических артефактов и тому, как мы смогли найти лучшее решение для сохранения такой сокровищницы, – рассказал специалист.
Можно смело сказать, что витебчане опередили время и создали идеальные условия для редких археологических находок. Дюралевые коробки (к слову, из такого материала делают фюзеляж самолетов), специальный антистатичный бархат, система мягкой светодиодной подсветки, герметичность витрин, благодаря чему внутрь не попадает пыль, естественное проветривание зала, что предотвращает затхлость в помещении – все это работает на долгую жизнь экспозиции, которую увидело уже не одно поколение жителей и гостей северной столицы Беларуси.
Работа с «отказниками»
Держать археологические находки в запасниках музеев, по мнению реставратора, просто кощунственно, ведь можно и нужно поработать над ними, и тогда каждое новое поколение сможет приобщиться к ушедшим эпохам.
Юрий Кегелев считает своим профессиональным долгом реанимировать, давать вторую жизнь тем экспонатам, которые находятся в так называемом списочном фонде – предназначенные к списанию и уничтожению.
Они почти как новорожденные малютки, от которых отказались в роддоме, беспомощные и взывающие к человеческому теплу. Юрий Алексеевич становится для каждого такого экспоната приемным родителем, лелеет, холит, окружает заботой и вниманием.
Реставратор рассказал, в каком состоянии порой приносят к нему картины. Изрезанные, исколотые, поцарапанные… Некоторые полотна, дошедшие со времен Октябрьской революции, в частности, портреты представителей царской семьи и русской аристократии, почти не подлежали восстановлению, но витебский реставратор взялся за них, и теперь они экспонируются в Художественном музее.
Великолепная сотня
А если быть точнее, то даже больше ста – таково количество восстановленных Юрием Кегелевым картин знаменитого витебского художника Юделя Пэна, наставника известного всему миру Марка Шагала. Во время войны при эвакуации музейных ценностей полотна в спешке извлекали из рам, складывали как попало в коробки. А когда наследие Пэна вернулось в северную столицу Беларуси, оно представляло из себя жалкое зрелище: заломы, потертости, неровные края полотен – это уже не говоря о состоянии красок.
Юрий Кегелев не иначе как сотворил чудо! Собственный и портрет матери художника, современники Пэна, лучшие работы мастера кисти – все они полностью восстановлены и радуют посетителей Художественного музея.
Юрий Алексеевич поработал и над произведениями Ильи Репина, уникальными иконами, в числе которых белорусская Одигитрия на льняном холсте (ее, кстати, в годы гонений на верующих хранили в колодце).
Годы выдержки
Работы у реставратора хватает, еще немало экспонатов предстоит восстановить. А дело это небыстрое. Как подчеркнул Юрий Кегелев, реставрация одной картины может растянуться на целый год. Это связано и с особенностями старинных полотен, и подбором красок, лаков для закрепления изображения, и изучением тонкостей стиля авторов. Порой приходится по редким фотографиям искать оригиналы картин художников XX века, сравнивать, изучать каталоги, альбомы – на все нужно время.
Юрий Алексеевич считает, что спешка непозволительна еще и потому, что профессионал так же трепетно обязан относиться и к своему здоровью, не напрягать глаза, беречь руки.
И, конечно, подходить к рабочему процессу следует в хорошем настроении. Ведь плохое самочувствие – как физическое, так и душевное – может нарушить энергетику автора произведения искусства.
Эксперименты с текстурами
Годы экспериментов с текстурами, материалами привели к тому, что Юрию Кегелеву захотелось и самому творить и создавать свои произведения. Он как выпускник знаменитого худграфа ВГУ имени П. Машерова и сам умеет писать картины живо, необычно, имеет индивидуальный стиль. Его персональная выставка «Эксперименты» в Художественном музее демонстрирует его работу как реставратора, так и художника.
– Я хотел показать не картины ради картин, а то, как разные текстуры взаимодействуют друг с другом, – рассказал он об экспозиции. – Гранитная крошка, металл, дерево, грунтовка, красочный клей – я пробую сочетать это все так, чтобы не нарушать сам материал, а скорее подстраиваясь под него.
И такой экспериментальный подход в творчестве вызывает не меньший интерес, чем его реставрационная работа.
Фото Алеси ПУШНЯКОВОЙ.
