Корреспондент «ВВ» провела целый день на молочно-товарной ферме, чтобы освоить профессию доярки.
Лучшие представители этого ремесла нередко становятся героями сюжетов и публикаций. Ведь от их ежедневного труда зависят продовольственная безопасность страны и разнообразие качественных молочных продуктов на столе каждого из нас.
Безусловно, современные доильные залы с новейшим оборудованием существенно облегчают задачу оператора машинного доения. И это среди несведущих породило миф о том, что работа доярки проста и незамысловата: нацепил аппараты на вымя, через некоторое время снял, и так всю смену.
Насколько легко получить большое молоко и как за это платят? Для чего предназначены пенный раствор и УЗ-аппарат? Нужны ли буренкам имена и многое другое узнала корреспондент «ВВ», примерив на себя почетную профессию в одном из самых передовых не только в Оршанском районе, но и в республике хозяйств – СПК «Лариновка».
Синенький скромный халатик...
Руководитель сельхозкооператива Александр Кухтенков был немало удивлен, когда я позвонила и выразила желание поработать у него на комплексе оператором машинного доения. Однако тут же заявил: «Что ж, завтра в 4.30 ждите «ГАЗель». В пять утра начинается смена, одевайтесь теплее!»
Признаюсь, перспектива вставать ни свет ни заря меня совсем не вдохновила, однако решительности не поубавила. Вечером спрятала в шкаф сапоги на шпильках, рассталась с маникюром для блага дела и приготовила «походную» теплую обувь и одежду.
Ровно в назначенное время служебное авто и водитель Леша ждали меня у подъезда. Как оказалось, остальных работников он уже доставил из Лариновки в Шугайлово, я – последняя.
Через 15 минут мы уже на месте. На ухоженной территории МТК стоит молоковоз, чтобы очередную партию лариновского молока отправить для переработки на Оршанский комбинат.
«Милости просим», – доброжелательно встречает меня у крыльца главный зоотехник Светлана Пастушкова. Сегодня я – ее подопечная на целую смену, которая, как выяснилось позже, длится до 14.00.
Проходим в бытовку, где вовсю обсуждают приезд на ферму новичка и готовятся к работе. Завидев меня, прячут улыбки и собирают необходимое оборудование – чистые салфетки, ведра, доильные аппараты, наполняют специальные чашки дезрастворами.
«А где мой синий халатик?» – спрашиваю у Светланы, обратив внимание на униформу женщин. Мне тут же выдали чистенький хлопчатобумажный халат и головной убор. Для проформы беру пустое ведро и бодро шагаю за животноводами в родильное отделение, где содержится 35 новотельных коров. Утренняя дойка начинается отсюда.
«Нежнее, Ольга, еще нежнее!»
Как ни странно, характерное для многих ферм амбре здесь в нос не бьет и морщиться не вынуждает. Это говорит о строгой санитарии и гигиене.
– Просыпайтесь, красотки, – командует, обращаясь к сонным буренкам, подгонщик скота Татьяна Тренденок.– Пора работать!
Сразу видно, что женщина не первый год на ферме – животные послушно начинают подтягиваться ближе к станкам. Однако не все так просто: если первая корова зашла на дойку без проблем, то вторая к задаче отнеслась безответственно – стала убегать. И пока одна из двух операторов занялась непосредственными обязанностями, вторая пришла на помощь Татьяне. Животноводы окружили бунтарку и общими усилиями подогнали к станку.
– Эти коровы новотельные, потому к доильному оборудованию еще не приучены, – объясняет мне Светлана. – И подход к ним особый. Труд подгонщика скота легким не назовешь!
В отделении четыре станка, и пока я наблюдаю за процессом дойки, еще две буренки занимают вакантные места. Юлия Герасименок делает массаж вымени (оно еще неразработанное) и объясняет пошагово, что предстоит сделать прежде, чем надеть на него аппарат.
И вот свершилось! Для меня выбрали ласковую и спокойную корову с номером 265 на бирке. Я сразу окрестила ее Зорькой, хотя в Шугайлово имен животным не дают – поди запомни кличку каждой из тысячи!
Присев поудобнее и приспособив рядом все необходимое, поглаживаю отяжелевшее от молока вымя, приговаривая: «Хорошая моя, я тебя тоже боюсь, потерпи немножко…». После несложной манипуляции беру чашу с пенным раствором и обрабатываю каждый сосок. Выжидаю 20 секунд, вытираю чистой салфеткой (индивидуальной для каждого животного) и пробую сдаивать первые струйки в специальный резервуар.
– Сначала оттягивай-оттягивай, скользи по коже, а в конце так пальцами – р-р-раз! И сожми чуть-чуть. Нежнее, Ольга, еще нежнее! – главный зоотехник не может скрыть своего веселья: обучать новенькую доению оказалось делом забавным.
Пытаюсь повторить. Ну да! Ни мое «оттянуть», ни «р-р-раз!» не нравятся Зорьке. Получаю хвостом по щеке. Ладно… Набираю побольше воздуха в легкие и приступаю к делу увереннее, глажу по боку: «Я почти своя, Зорька! Давай, расслабься». Пару минут стараний и… дело пошло!
Кстати, по первым струйкам на стенках чаши можно определить, есть ли у коровы мастит. Когда молоко неравномерной консистенции, с чуть творожистыми прожилками – быстрее сообщай ветврачу. А он здесь хотя и молодой, но ответственный, грамотный. Точнее, она – оршанка Виктория Кулагина. Девушка работает по принципу «Заранее предупредить, чтобы потом не лечить» и не теоретически, а на практике руководствуется исключительно передовым опытом, ставит во главу угла научные подходы. Как, собственно, и все остальные специалисты «Лариновки» включая директора.
Пока я приспосабливаю к руке доильный аппарат, весом, к слову, не менее 5 кг, операторы Юлия Герасименок и Ирина Катковская уже сливают первое утреннее молоко из емкостей в ведра, несут их к большим бидонам, накрытым фильтрующей тканью. Ишь, шустрые какие!
Меня же инструктируют дальше:
– В одну руку берешь аппарат: указательный палец должен быть на кнопке. Как только поднесешь его к вымени, дави на нее, чтобы пошла откачка. В это время второй рукой держи присоски. Указательным нащупывай соски, ну и направляй их в аппарат аккуратненько. Поняла?
– Нет.
– Все правильно: узнаешь на практике. Ну, приступай! – говорит Светлана.
Быстроня, Ласточка, Маруся… С каждой новой буренкой с придуманными мной кличками получается все лучше. Я стараюсь изо всех сил, и вот он, милый слуху звук: журчит молоко по проводам, льется в емкость. Уф! После того, как снимаю аппарат, снова обрабатываю вымя. Только теперь уже коричневым раствором для того, чтобы в открытый после раздоя сосок не попала инфекция. Несу наполненное ведро к бидонам, процеживаю. Здесь ждет слесарь Сергей, который не только обслуживает доильное оборудование, но и отвозит тяжеленные бидоны на тележке к холодильнику. Работа в родильном зале закончена, поэтому иду с ним, чтобы проследить дальнейший путь молока и заодно попробовать на вкус то, что, можно сказать, надоила собственными руками.
Эх, раз, еще раз! Всех мы выдоим на раз?
Оказывается, прежде, чем попасть в цистерну молоковоза, сырье проходит двойную грубую и тонкую очистку через специальные фильтры. Светлана набирает мне из холодильника молоко в поллитровую баночку. Оно еще теплое и с пенкой. Делаю несколько глотков: вкусно-то как! Как у бабушки в деревне. Жаль, что в магазине такого не купишь…
Часть молока отправляется прямиком в молочное такси, где стерилизуется при определенной температуре, охлаждается до 40 градусов и идет на выпойку телятам. Их на сегодняшний день в хозяйстве 90.
К холодильнику подходит лаборант Оксана Пучкова, замеряет остаток и берет сырье для анализа. После 10 лет работы на комплексе она даже на глаз может предположить, какой будут жирность и плотность. Однако проверить на приборах стоит – еще и на соматику, и на белок. Скажем, для молока класса «экстра» нужно, чтобы в нем содержалось не более 300 тысяч соматических клеток. Сегодня показатель – 260 тысяч, очень хорошо.
А в это время мои «коллеги»-операторы Юлия и Ирина уже перешли в доильный зал. На комплексе «Шугайлово» он системы «елочка», что, по словам главного зоотехника, обеспечивает высокую пропускную способность, поддерживая размеренное и бесстрессовое движение коров на дойку и обратно. По обе стороны доильной ямы с комфортом разместилось по 12 буренок первого цеха, остальные ждали своей очереди и команды подгонщика.
Светлана мне объяснила: здесь своя специфика, темп высокий благодаря компьютеризированному оборудованию. Потому первые 10 минут я просто стояла и наблюдала, как ловко работают Юля и Ира. Потом мне доверили двух животных. Итак, приступаю. Сначала очень оперативно обрабатываю вымя – до надевания доильных стаканов на соски и момента прикосновения к ним раствора должно пройти не более минуты. «Иначе прекращает вырабатываться окситацин, и корова не отдает полностью все молоко», – продолжает ликбез мой шеф. Автоматически массируется вымя и только потом начинается доение. Компьютеры контролируют процесс, после дойки аппарат сам отключается. Мне остается взять его и опустить в емкость с дезраствором на 30 секунд.
В скором времени я наловчилась так, что не заметила, как буренки второго цеха сменили первый. Все они – до 100 дней после растела. Часам к 11 почувствовала, что жутко устала. И пока бывалые труженицы справлялись с последними, менее продуктивными коровами (3 и 8 цеха), решила взять тайм-аут. Гуляя по комплексу, встретила зоотехника-селекционера Дмитрия Туровца с интересным аппаратом в руках. Оказалось, что это прибор УЗ-диагностики, и сейчас парень пойдет проводить обследование коров в 40 дней после осеменения. Я не смогла пропустить сей процесс, и мы отправились в отдельный зал. Безусловно, эстетичной работу Дмитрия никак не назовешь, но когда мне было предложено надеть на голову странный прибор и посмотреть через специальные очки с монитором, я перестала стремиться убежать из помещения.
Что я увидела? Зарождающуюся новую жизнь! Сомневаться не пришлось – буренка-то стельная!
Дмитрий рассказал, что его поле деятельности в СПК «Лариновка» на протяжении 6 лет – гинекология, зоотехния, осеменение.
Что ж, гинекологом побывать успела, пора возвращаться к обязанностям доярки. Я вовремя: пришла пора чаепития. За 15 минут кофе-паузы успеваем поговорить «за жизнь». Оказывается, на место оператора машинного доения в «Лариновку» не так-то просто попасть. Зарплаты и условия труда здесь хорошие, а потому и требования к претендентам на должность у руководства высокие. Так, Юлия Герасименок 5 лет назад переехала сюда вместе с мужем (теперь механизатор в этом же хозяйстве) из Дубровенского района, где возглавляла один из местных клубов. Здесь семье дали хороший дом и обеспечили достойным заработком: чего не жить! А Светлана Пастушкова поменяла Минскую область на Витебскую и пришла в сельхозкооператив заведующей фермой. «Наш руководитель любит людей заинтересованных, ответственных, порядочных и трудолюбивых, – говорит мой шеф. – Он у нас сам такой, вот и от подчиненных требует».
А много ль корова дает молока?
…не выдоишь за день, устанет рука! Именно так можно охарактеризовать продуктивность лариновских буренок. За смену один оператор на МТК «Шугайлово» надаивает порядка 4,5 тысячи тонн молока. Соответственно, за день получаем 18 тонн, а за месяц почти 600! Через натруженные руки каждой из женщин за полдня проходит без малого по 500 коров.
…Обеденная дойка началась в 12.00, а через 2 часа эстафету подхватывает вторая смена – операторы Светлана Михайлова и Ольга Марченко, подгонщик скота Ирина Кураедова.
Мы же отправляемся переодеваться – и по домам. Я устала невероятно, а женщины шутят: «Приходи к нам работать, у тебя неплохо получается!» Мне же очевидно: чтобы стать профессиональной дояркой, нужно любить свою работу. И хотя труд животноводов действительно почетный и далеко не легкий, спешу быстрее скинуть синий халатик и окунуться в родную стихию – в журналистику...
