В прошлом году благодаря работе милиционеров-полиграфологов на Витебщине удалось раскрыть 82 преступления, среди которых 9 убийств. Проверку на детекторе лжи прошли почти 500 человек, так или иначе причастных к различным преступлениям.
Человеческий фактор
Правоохранительные органы Беларуси впервые закупили российские полиграфы «Риф» в 2000 году. Они созданы под руководством профессора Валерия Варламова, возглавлявшего Департамент специальных психофизиологических исследований при московской фирме «Стелс», обслуживающей министерство обороны и МВД России. Ученый сконструировал детектор полуподпольно в 1959 году в психиатрической больнице Краснодарского края. Легализовать «чуждое советскому образу жизни» изобретение помогли участившиеся случаи, когда мошенники, чтобы не попасть в тюрьму, обзаводились «липовыми» справками из психбольницы. Вывести их на чистую воду и помогал полиграф Варламова.
В 2000 году лучшие сотрудники главного управления уголовного розыска МВД Беларуси отправились в Москву и Краснодар, чтобы пройти обучение у знаменитого профессора и его учеников. После возвращения домой работа закипела. Приборы зарекомендовали себя столь хорошо, что уже в 2003 году было решено оснастить ими все области.
Начальник отделения психолого-технического обеспечения раскрытия преступлений управления криминальной милиции УВД облисполкома Павел Лавицкий вместе с несколькими коллегами стоял у истоков полиграфологии на Витебщине. Все они проходили обучение в Минске под контролем московских и краснодарских экспертов. Выбирали самых достойных. Полиграфологами могли стать лишь опытные оперативники, хорошо зарекомендовавшие себя на службе, закончившие Академию МВД. Но даже им пришлось пройти ряд психологических тестов и проверку на полиграфе. Сейчас на Витебщине работают пять специалистов, детекторы лжи есть в Витебске, Орше и Полоцке.
По словам Павла Лавицкого, главная цель отделения – помощь в раскрытии тяжких и особо тяжких преступлений. Особенно это необходимо, когда круг подозреваемых велик, а времени в обрез. Работа полиграфологов позволяет избавить оперативников от множества ненужных допросов и следственных действий, ориентирует именно на конкретных подозреваемых. И здесь, по словам начальника отделения, очень важна квалификация полиграфолога, его опыт работы с прибором. Дело в том, что на Витебщине уже появились доморощенные умельцы, которые обзавелись полиграфом и за «умеренную» плату берутся изобличить гуляющего мужа или жену. При этом ответственности за свои выводы частники не несут.
К каждому – индивидуальный подход
Главное в этом устройстве не столько датчики, сколько знания специалиста, который, чтобы докопаться до истины, готовит для каждого человека индивидуальный опросник, ориентируясь на задачи, поставленные следователями. После полутора-двух часов опроса полиграфолог составляет справку, в которой констатирует, причастен ли опрашиваемый к преступлению, осведомлен о нем или нет. Иногда эксперты сталкиваются с противодействием опрашиваемых, что тоже отражается в документе, а значит, требует от следователей более пристального внимания к такому подозреваемому. Павел Лавицкий рассказывает, что были случаи, когда подозреваемые хитрили: во время «опасных» вопросов напрягали мышцы, учащали дыхание, сжимали-разжимали пальцы на ногах, а один даже засунул в ботинок канцелярскую кнопку, на которую время от времени нажимал. Но, по словам Павла Лавицкого, все это не ускользает от глаз специалиста, истину можно установить всегда.
– Теоретически обмануть полиграф можно, но опытного специалиста нельзя, – отмечает Павел Владимирович. – Мы наблюдаем сразу за всеми главными показаниями человеческого тела в динамике. Долго контролировать это одновременно не может никто, ложь все равно выйдет наружу. Конечно, легче, если подозреваемый задержан по горячим следам после преступления и еще не подвергался интенсивным допросам. К тому же с большей гарантией достоверности мы работаем только с трезвыми и не употреблявшими наркотики людьми. В силу возрастных изменений крайне редко опрашиваем пожилых людей, эту процедуру не проходят беременные, дети до 12 лет, психически больные.
Павла Лавицкого сложно застать в рабочем кабинете. Обычно, вооружившись чемоданчиком с полиграфом, он в командировках по всей области. Российский «Риф» – прибор довольно дорогой: в зависимости от комплектации цена может достигать 10-15 тысяч долларов. Для эффективного результата полиграфологу необходимы уютное тихое помещение и час-два времени для вопросов, требующих односложных ответов «да» или «нет». Именно в столь умиротворяющей обстановке витебские специалисты и вывели на чистую воду не одного жестокого убийцу, помогли коллегам отыскать многих без вести пропавших. Но высший пилотаж, по словам Павла Лавицкого, когда после опроса на полиграфе человек пишет явку с повинной. Так произошло в Поставском районе, когда жена созналась в убийстве и расчленении трупа мужа. В Оршанском районе, чтобы установить преступника, который совершил двойное убийство, пришлось поработать с 39 подозреваемыми. Предпоследний сознался во всем. В Бешенковичском районе убийцу молодой девушки, местного наркомана, следователи привели к полиграфологу почти на авось, а прибор подтвердил, что они правы.
А так хотелось схитрить…
И вот я сижу в кресле напротив Павла Лавицкого.
На мою руку крепится датчик для измерения давления, также берутся под контроль ритм дыхания, пульс и сопротивление кожи току. Установлено, что, произнося лживую информацию, человек покрывается мелким потом, что сказывается на электропроводности кожного покрова.
Собственно, сам полиграф – это передатчик примерно 20 на 30 сантиметров (вроде компьютерного винчестера), куда подключаются датчики, установленные на теле, и который в свою очередь соединяется с компьютером. Нужно дышать ровно, не шевелиться, смотреть перед собой. Внимательно слушать вопросы и говорить только «да» или «нет».
Несколько манипуляций на клавиатуре – и начинается небольшая разминка, чтобы настроить приборы «под меня».
– Как тебя зовут? Вадим? – спрашивает полиграфолог.
– Нет, – отвечаю я.
Затем тишина, Павел Лавицкий всматривается в экран и нажимает несколько клавиш.
– Тебя зовут Егор? – снова задает он вопрос.
– Нет, – повторяю я, а затем также отрицательно отвечаю на вопрос, не Александр ли я. Но зато признаю в себе Григория.
Таким же образом мы выясняем имя моей матери. И здесь я пытаюсь сбить с толку Павла Владимировича.
Последний тест – вычисление моего возраста, где я тоже не говорю правды.
После снятия приборов полиграфолог с ювелирной точностью указывает вопросы, где я солгал, и безошибочно называет мое имя и возраст, как зовут мою маму. Даже как-то неловко становится рядом с таким умным прибором.
Только не хотел бы я, чтобы он оказался у меня дома или у начальника. Шутка, конечно.
Справка «ВВ»
Термин «полиграф» впервые в 1915 году использовал американский психолог и юрист Вильям Марстон. Но первым предложил выявлять ложь с помощью спецприборов еще в 80-х годах XIX века итальянский криминалист Чезаре Ломброзо. Заключение он выносил на основе сравнительного анализа изменений частоты пульса, возникающих при показе подозреваемому фотографий, связанных и не связанных с преступлением. В 1920-е годы советский ученый Александр Лурия успешно исследовал физиологические проявления лжи при допросе. Но его работа была названа чуждой пролетарской криминалистике.
Важным этапом в истории полиграфов стало появление их компьютерных экземпляров в 1992 году. Практически одновременно американцы предложили свой прибор – «Computerized Polygraph System», а россияне – РМ-002. С недавних пор опрос на детекторе лжи проходят и минские милиционеры, сотрудники спецслужб. На Витебщине полиграф обязателен для потенциальных работников Следственного комитета.