В городах и весях Витебской области числится более тысячи пустующих и ветхих домов. Памятники бесхозяйственности зарастают бурьяном, становятся местами несанкционированных свалок и пристанищем для лиц без определенного рода занятий. Повсеместно такой недвижимости объявлена война.
Когда домик в деревне – не в радость
Весть о том, что вам достался по наследству домик в деревне, одни воспринимают с воодушевлением – наконец-то появилась возможность быть ближе к природе, а другие – с долей сомнений: теперь хочешь не хочешь, а придется за усадьбой следить, обкашивать территорию и не допускать ее зарастания.
Раньше эти вопросы регулировались Указом №100, а в сентябре 2018-го принят новый Указ №357 «О пустующих и ветхих домах», которым ужесточены требования к домовладельцам.
Практика показывает, что не все люди, особенно в сельской местности, ответственно распоряжаются своим наследством. Вот, скажем, в центре Толочина на ул. Советской трудолюбивый сосед на протяжении многих лет обрабатывал под огород соседский пустующий участок, вследствие чего он не зарастал бурьяном. Восемь лет дом простоял без хозяев. Прежние умерли, а единственный наследник признан недееспособным. Толочинский рай-исполком проделал огромную работу, чтобы внести дом в реестр пустующих, потом через суд добился признания недвижимости выморочной. Работники коммунальной службы снесли непригодный для проживания дом, сейчас ухоженный земельный участок в центре Толочина выставлен на продажу.
Другой пример. На ул. Танковой без малого два десятилетия стоял ветхий, покосившийся домик. Много времени ушло на поиски родственников, но они не откликнулись на письма о предупреждении, что недвижимость будет признана выморочной и снесена. По словам главного специалиста отдела ЖКХ Толочинского райисполкома Алеси Мазохиной, сейчас земельный участок выставлен на аукцион.
К слову, на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий в Толочинском районе состоит 627 семей. Имеется 51 пустующее и 9 ветхих домовладений.
– Очень редко дальние родственники решаются вступать в наследство и приводить заброшенный дом в порядок, объясняя это неоправданными хлопотами и затратами, – пояснила Алеся Викторовна. – Но есть и другие примеры. Один житель райцентра на Зеленом переулке начал обустройство заброшенного дома с ликвидации свалки на своей территории и установления нового забора. Мы рады такому решению. Даже если дом придется снести, земельный участок стоит 4 – 5 тыс. долларов. Как видим, заниматься наследством не только хлопотно, но и выгодно.
В Толочине ведется работа по 18 ветхим и пустующим домам. Идет поиск наследников девяти домовладений. Собственники еще стольких же домов намерены восстановить и использовать недвижимость для проживания.
Что касается ветхого жилья в населенных пунктах района, то там его чаще сносят, а освобожденные участки присоединяют к сельскохозяйственным угодьям. Правда, в Волосовском, Волковичском, Серковицком, Оболецком и других сельсоветах сведения о пустующей и ветхой недвижимости в реестр не подавались и дома не сносились, хотя суд признал выморочным наследством несколько домовладений. Словом, работы в этом плане – непочатый край.
До поры жбан воду носит
– Численность населения в сельской местности уменьшается, отдаленные деревни пустеют, все больше строений остается без хозяев, что в конечном итоге влияет на растущее число пустующих на селе домов. В Верхнедвинском районе в 256 населенных пунктах их насчитывается более 100, только в Освее – 30, – обрисовала ситуацию председатель районного Совета депутатов Ирина Козел. – Анализ цифр за последние пять лет показывает: количество бесхозной недвижимости не уменьшается. Если, скажем, в 2016-м по району насчитывалось 43 ветхих и 11 пустующих домов (снесли 48), то в прошлом выявили 53 ветхих и 35 пустующих, 25 снесли, затратив 18,8 тыс. руб., в сельхозоборот вовлечены земельные участки площадью 5,18 га. В текущем году на эти цели выделено 21,5 тыс. руб. За пять лет в деревнях ликвидировано 197 непригодных для жизни домов. В Бигосовском, Бельковщинском сельсоветах снесено в три раза меньше домов, чем, скажем, в Волынецком, Борковичском и Кохановичском – по 30. На территории Шайтеровского сельсовета только 16, но здесь больше, чем где-либо, – 23 из 49 домовладений – приведены в порядок (почти половина от общего количества) и еще 15 владельцев позаботились о своей недвижимости на территории Кохановичского сельсовета.
Есть бросовые строения и в самом Верхнедвинске, где собираются лица без определенного места жительства, а территории зарастают бурьяном. Один такой дом горел. Собран пакет документов для рассмотрения в суде дела о признании наследства выморочным, участок будет зачищен и выставлен на аукцион.
К слову, за прошлый год 12 граждан уведомили местную власть о намерении использовать свои пустующие дома для проживания, два уже приведены в порядок.
– Ирина Францевна, ваш район соседствует с Латвией. Этот фактор как-то влияет на спрос на недвижимость?
– Если и влияет, то не во благо. Многие жители района имеют родственников, проживающих на латвийской территории, которые приобрели недвижимость в Бигосовском, Сарьянском сельсоветах скорее для того, чтобы по упрощенной системе перемещаться через границу. Территории возле таких домов не обкашиваются и не досматриваются. Груз ответственности по благоустройству ложится на плечи сельских Советов.
Ветхие избушки город не красят
Нельзя однозначно утверждать, что в больших городах ситуация лучше. Указом №357 расширены полномочия власти по упорядочению ветхих и бросовых домов и в городах. В том же Витебске земельные участки дорогие, поэтому владельцы зачастую стоят до последнего даже за такую недвижимость.
В рейде с экологами в центре северной столицы выявили несколько избушек, которые домами-то назвать сложно. Стоило нам свернуть в частный сектор с проспекта Черняховского, как на 12-й ул. Чкалова увидели низенькую, вросшую в землю хибарку с покосившимся заборчиком, собранным из старой жести. С другой стороны обнаружили кучи разбитого кирпича, полусгнившие доски и мусор. Соседи не преминули заметить, что хозяйка промышляет заработками в Москве, есть дети и родственники, которые собираются возвести на этом месте коттедж. Что ж, желание хорошее, а место – лакомое. Только скоро сказка сказывается…
Рядом с участком расположены гаражи, среди них – свалка. Владелец одного из гаражей возмущался безобразием, которое устраивают жители дома №17а на проспекте Черняховского. По его словам, весь мусор они сносят сюда, поскольку во дворе нет контейнеров для бытовых отходов, а вынести к мусоровозу в назначенное время не всем удается.
– Мусорные баки здесь установят. А вот такая недвижимость на фоне вполне презентабельных домов и коттеджей только уродует город, до несанкционированной свалки – рукой подать, на участке вскоре поднимется бурьян, – отметил начальник горинспекции природных ресурсов и охраны окружающей среды Валерий Фандо. – Вместе с администрацией Первомайского района будем принимать меры по отношению к владельцу, требовать сноса ветхого строения.
– В нашем районе 34 ветхих и аварийных дома. За последние полтора года 11 построек убрали владельцы за собственные средства, – сообщил начальник отдела ЖКХ администрации Первомайского района Сергей Бородин.
Шаг вперед, два шага назад?
– Решить судьбу опустевшего строения – задача не из простых. Ведь домовладение, каким бы оно ни было, – частная собственность. И прежде чем его снести либо реализовать на аукционе, местные органы власти должны выполнить ряд процедур, обозначенных законодательством, – прокомментировал ситуацию главный специалист отдела главного управления организационно-кадровой работы облисполкома Вадим Вишневский. – Порой уходят годы на поиски собственника, выяснение его дальнейших планов в отношении недвижимости. В случае отказа дом заносится в реестр пустующих (таковым признается, если собственник, члены семьи и другие лица не жили здесь ни дня в течение последних трех лет) или ветхих (если владелец не жил в течение последнего года и не принял мер по его сносу или восстановлению). Нужно собрать пакет документов, чтобы через суд признать выморочным наследством, идущим под снос, подготовить земельный участок для продажи.
– Если в городе владелец держится скорее за лакомый участок (лачуга – всего лишь основание, чтобы его не отняли), то что мешает навести порядок в селах? – поинтересовалась я.
– Большая проблема, когда на дом претендуют несколько наследников. Один, скажем, проживает за границей, другой отбывает наказание в местах лишения свободы. Бывает, найти всех нереально, а иногда находишь, а они не отзываются и никак не определяют свою позицию. Кто-то принципиально не вступает в наследство. Иногда нужно доказать через суд, что ты единственный наследник, претендующий на дом, затем оформить все документы на него и землю, что выливается в определенную сумму. Вот и стоят дома-призраки без окон и дверей, а снести власти не имеют права.
– Работу с ветхими и пустующими домами я бы сравнила с борьбой с ветряными мельницами.
– К сожалению, их количество с годами не уменьшается. На 1 января текущего года в реестр ветхих занесено 602 (снесено 341) и пустующих – 457 (снесли 142). Выморочным наследством признано 168 домов. Но есть и хорошие примеры: 198 заброшенных домов владельцы сами привели в порядок, по 212 высказали пожелание использовать для проживания. Больше всего в Оршанском, Дубровенском районах – по
30 – 35 домов, в Городокском, Поставском, Толочинском – примерно по 20. Чтобы было движение вперед, нужно активизировать работу районным комиссиям, на которые возложены обязанности по реализации Указа №357. А самим владельцам по-хозяйски относиться к своему наследству.
На снос ветхих домов в прошлом году по области было выделено 275 тыс. руб., на этот год – 318 тыс. руб.
Фото Елены БАШУН.
