Обольский сельсовет самый крупный в Шумилинском районе, на его территории расположено 39 населенных пунктов, в которых проживают более 3,3 тыс. человек, из них около 2,5 тыс. – жители горпоселка, давшего название сельсовету. Когда-то темп жизни в Оболи задавал местный керамический завод, предприятие и сегодня остается градообразующим, хотя уже и нет былого размаха.
– Помимо керамического завода, производственную сферу на нашей территории представляет производственный участок «Полоцкгаз» (ранее – торфопредприятие имени Даумана), – говорит председатель Обольского сельского Совета депутатов Николай Будневич (на фото). – Там работают более сотни человек, предприятие модернизируется, набирает обороты, развивается. Есть лесничество, участок ЖКХ, а также объекты соцкультбыта – Дом культуры, два сельских клуба, участковая больница, два ФАПа.
– Вы возглавили сельский Совет в 2010 году. Это ваш первый опыт работы на выборной должности?
– Председателем – да. Но не первый, если говорить о представительстве в местных органах самоуправления. До этого у меня был опыт работы депутатом районного Совета.
– С чего начинали председательство?
– Со сбора команды. Местное самоуправление строится, по сути, на общественных началах. Определяют его депутатский корпус – 5 депутатов районного и 13 сельского Советов. Это костяк, люди, которые напрямую призваны решать все возникающие вопросы жизнеобеспечения населения. Ответственность их велика: все, что получилось, все успехи – их заслуга, но в то же время, если что-то сорвалось, что-то упустили – их промах. Плюс старейшины деревень и руководители предприятий – опора местной власти. И в первую очередь, хоть я и не новый в Оболи человек, а свой, здесь родился, живу и работаю, надо было со всеми встретиться, объехать деревни, пообщаться с людьми.
– Какие проблемы сельских населенных пунктов сельсовета сегодня наиболее остро требуют решения?
– Я сказал бы, что водоснабжение. Для горпоселка в прошлом году эта проблема была остра, как никогда. Больше полугода жильцы верхних этажей в многоэтажках были практически без воды, запастись ею могли только ночью, когда падал общий разбор. Проблема была техническая: выработала ресурс скважина и уже не справлялась с нагрузками. Решением стала установка новой скважины. Сейчас задача номер один по воде – строительство в Оболи станции обезжелезивания. Работы намечались на 2014 год, потом сроки сдвигали, но мы приложим все усилия, чтобы станция была построена в изначально запланированное время.
Есть сложности и с водообеспечением сельских населенных пунктов. У нас восемь деревень подключены к центральному водоснабжению. С одной стороны, это несомненное благо, с другой – беда: как только что-то выходит из строя, деревня остается без воды. Проще было бы в малочисленных населенных пунктах демонтировать водопровод и установить колодцы: они легче в эксплуатации, не требуют больших затрат на обслуживание.
– Предлагаете убрать водопровод, «сработанный еще рабами Рима»? Разве это не будет ухудшением качества жизни сельчан?
– Так вопрос не стоит. В том, что касается инженерных коммуникаций, мы не отступили ни на шаг, даже одну новую водонапорную башню поставили. Причем это было сделано именно по запросу населения. Речь о том, что надо менять водопроводные сети, и у ЖКХ есть такие планы.
А в целом, реальность требует укрупнения сельских населенных пунктов. Размах территории нашего сельсовета – от деревни Вишня до Шаши – более 55 километров, это большой разброс, из-за него снижается оперативность действий, например, при восстановлении уличного освещения после ураганов и т. п.
Но людей без внимания мы не оставляем. К слову, в той же Вишне – одна-единственная жительница Анна Сергеевна, пожилой человек. Сама хлеб печет, до недавнего времени сеяла зерновые. Дорогу к деревне мы чистим, но автолавка не каждый раз может там пройти: деревья сплелись так, что только легковушка проскочит. Но уезжать из своей хаты Анна Сергеевна никуда не хочет, поэтому держим деревню на балансе.
– Да, административные решения в таких ситуациях неприменимы…
– В принципе, на проблему укрупнения сельских населенных пунктов есть две устойчивые точки зрения. Одна – оставить как есть. Вторая – так называемый шведский вариант: переселить всех в одну деревню и не тратить средства на содержание дорог, освещение и прочее, тем самым сразу получить экономию. Это крайности, а нам сегодня надо найти середину. Нельзя срывать человека с обжитого места, с которым он сросся, ведь это его родина. Та же бабушка из Вишни ни за какие коврижки свой дом не оставит. А вот молодежь сосредоточена там, где есть детские сады, школы, объекты культуры. Не последнюю роль играет возможность трудоустройства: в настоящее время фермы укрупняются и остаются те из них, которые расположены в центральных деревнях. Поэтому, думаю, не сейчас, но со временем мы придем к «шведскому варианту».
– Какие еще злободневные задачи требуют постоянного внимания местной власти, детальной проработки решений?
– Ремонт дорог. В предыдущие годы в Оболи были заасфальтированы центральные улицы, в нынешнем средств было немного, поэтому произвели только подсыпку щебнем трех улиц, но сделали работу капитально – разницу жители уже почувствовали.
Дороги сельских населенных пунктов в настоящее время в более-менее удовлетворительном состоянии: ремонта, который был сделан два года назад, пока хватает. А в 2013-м подремонтировали дороги в Купнино и Грудиново. Бывают проблемы после прохода большегрузной сельскохозяйственной или лесозаготовительной техники, но все они решаются в рабочем порядке, больших сложностей с восстановлением дорожного полотна не возникает.
Что касается содержания дорог в зимний период, то в расходной части бюджета предусмотрены средства на расчистку от снежных завалов и прочее. Это если говорить о деревнях. В Оболи содержанием дорог занимается предприятие ЖКХ.
– Из чего складывается и на что тратится бюджет сельского Совета, удается ли обходиться без государственной поддержки?
– Бюджет в 2013 году составил порядка 300 млн рублей, для нас это немало. Часть, которую собираем непосредственно мы, – это подоходный, земельный налоги, налог на недвижимость, сбор с заготовителей, средства самообложения и др. Но полностью за свои средства существовать мы не можем, 25,7% – дотация государства.
Деньги пошли, как уже говорилось, на содержание дорог. Весомая статья расходов – уличное освещение, она включает в себя как оплату электроэнергии, так и закупку светильников, ламп. В 2013 году на эти цели израсходовано 57 млн рублей. К слову, на территории сельсовета используется пять разновидностей уличных ламп, составлена схема, где какие нужны, и хранится запасная лампа, как правило, у старейшины. Покупка ее оплачивается из средств самообложения, так что люди знают, благодаря чему улицы освещены.
Планировали обустроить детскую площадку в обольском приюте, но немного не сложилось по деньгам. Несколько новых качелей своими силами сделали керамический завод и ЖКХ. Весной продолжим работу, чтобы у ребят, которые оказались в приюте, был хороший игровой уголок.
– Николай Алексеевич, с какими проблемами чаще всего обращаются люди в сельский Совет?
– Если говорить о вопросах, которые попали на районный уровень, то основной поток – это ремонт кровли, домов, улиц. В 2013 году произошел всплеск таких обращений – на 18 больше, чем в 2012-м (47 против 29), и рост именно по вопросам ЖКХ.
Персонально ко мне на личный прием пришли порядка 70 человек, на выездном – около десяти. В деревнях люди меньше обращаются в том числе и потому, что многие проблемные вопросы решаются, пока готовится выезд.
– На ваш взгляд, какие есть ресурсы для повышения эффективности местного самоуправления?
– Нередко решение вопросов, с которыми приходят люди, полностью лежит в сфере возможностей предприятий. А вот взаимодействие их руководителей с сельским Советом прихрамывает. Если депутат или старейшина, как говорится, с зубами, он добьется снятия проблемы с повестки дня, пусть и не с первого раза. Если нет, то будет долго ходить по кругу. К счастью, у нас такие случаи редки, в 2013-м компромисс находили всегда.
– Николай Алексеевич, на следующий срок планируете побороться за депутатский мандат?
– Планирую. Но решать, конечно, людям.
Фото Антона Степанищева