Когда я смотрю на акварели витебского художника Николая Шкута (а их в моей домашней коллекции около десятка), вспоминаю детство, родительский дом, свою малую родину. От них веет теплом, покоем и тишиной. Его картины для меня служат своеобразным объектом релаксации: достаточно, уединившись на несколько минут, посмотреть на лирические пейзажи с деревенскими домами, церквушками, озерами и стожками сена… А еще на картинах художника часто присутствуют аисты как символ Гомельского Полесья, где он родился.
Высокий горизонт, глубокая воздушная перспектива, богатые и выразительные природные краски – излюбленный композиционный прием автора. В жанровый диапазон Николая Шкута, кроме пейзажей, входят натюрморты с цветами и фруктами, реже он обращается к портрету.
С Николаем Николаевичем я знаком без малого два десятка лет. Вместе работали в Витебском государственном университете им. П. Машерова, где и сегодня Николай трудится доцентом кафедры изобразительного искусства на художественно-графическом факультете. Неоднократно в вузовской многотиражке, в научных изданиях университета писал о нем как о педагоге и художнике. Но сегодня я решил дать высказаться самому Николаю Шкуту и включил диктофон. Ведь повод более чем серьезный – на прошлой неделе художник отметил свое 70-летие.
«На крыло нас ставила мама»
Родился я на Гомельщине в д. Малишев Хойникского района в крестьянской семье. Отец погиб на фронте, поэтому, как говорится, на крыло нас ставила мама Анастасия Романовна. Из троих детей в семье я был самым младшим. Детство проходило в тяжелые послевоенные годы и запомнилось постоянным недоеданием, стремлением помочь матери по хозяйству, чтобы вместе выжить. Мать научила нас не сгибаться перед жизненными трудностями, только благодаря ей мы, ее дети, получили образование.
Интерес к живописи возник в раннем детстве. Помню, когда я впервые увидел расписные ковры местного художника Ивана Катка, то долго был под впечатлением от их колорита и композиции. Наверное, именно тогда и захотелось сделать что-то похожее. Позже, в школьные годы, учительница рисования Вера Хадорченко помогла развитию моих художественных способностей. Уже тогда я принимал активное участие в выставках, в школьных конкурсах по рисованию занимал первые места.
В десятом классе, когда встал вопрос о дальнейшей учебе, Вера Александровна посоветовала мне поступать на художественно-графический факультет Витебского педагогического института им. С. Кирова, который я успешно окончил в 1969 году. Правда, будучи студентом 3-го курса, был призван на срочную военную службу в пограничные войска, о чем никогда не жалел. Армия только способствовала творческому росту. Пограничная застава находилась в Эстонии. Этюды красивейших прибалтийских пейзажей, наброски, зарисовки сослуживцев-пограничников неоднократно экспонировались на выставках изобразительного искусства в Таллинне, Ленинграде, Выборге.
«Занимаясь наукой, не выпускал кисть из рук»
После окончания института шесть лет работал преподавателем в Бобруйском художественном училище. Это время стало определяющим в жизни. Там я активно занимался изучением народного творчества Беларуси. При этом не оставлял акварельную живопись, постоянно участвовал в городских, областных, республиканских и международных выставках.
И все же желание заниматься научной работой привело меня в Институт искусствоведения, этнографии и фольклора Академии наук БССР, где поначалу был соискателем, а затем аспирантом. Там под руководством известного в то время на просторах Советского Союза доктора искусствоведения, профессора Михаила Кацера продолжил исследование народных художественных промыслов Беларуси.
В 1979 году защитил кандидатскую диссертацию. А годом раньше был приглашен на работу в ставший уже родным Витебский пединститут. Начинал старшим преподавателем, а с 1980 по 1985 год возглавлял художественно-графический факультет. Тогда на должность декана не назначали, а избирали. Время было такое, что много внимания пришлось уделять улучшению учебного процесса, воспитанию студентов. В начале 80-х, считаю, как никогда все было направлено на подготовку высококвалифицированных специалистов. Ведь не зря же о качестве советской высшей школы сегодня многие вспоминают с ностальгией.
«В каждую акварель вкладываю душу…»
Уверен, что тонкая, вдумчивая акварельная живопись настраивает зрителя только на положительные эмоции, она должна радовать людей. Скоро будет полвека, как этому любимому занятию я отдаю все свободное время. В каждой акварели есть частица моей души.
Считаю себя учеником Феликса Гумена, хотя непосредственно у него не учился, школу проходил, изучая работы мастера. У меня нет особых пристрастий, люблю и пишу природу любой поры года. Нравится обращаться к сложным переходным состояниям – ранней весне, когда снег искрится в лучах мартовского солнца, или поздней осени, когда краски уже гаснут и теряют свою яркость.
Большинство работ выполняю по зарисовкам в мастерской, но есть и натурные этюды. В основном пишу без палитры, цвет подбираю прямо на листе. Техника «по-сырому» позволяет добиваться неожиданных цветовых эффектов, поскольку цвет в моих работах играет главную роль.
P. S. Мне хотелось бы добавить еще несколько штрихов к портрету художника, педагога, ученого Николая Шкута. За выставочную деятельность он награжден многими грамотами и дипломами, золотой и бронзовой медалями ВДНХ СССР, его работы экспонировались в Польше, Германии, Англии. «Отличник народного образования БССР», автор более 60 научных работ в области теории, истории и методики преподавания изобразительного искусства, ряда учебно-методических пособий для студентов худграфа. Николай Шкут – один из немногих художников, кто щедро раздаривает свои акварели друзьям и знакомым. А значит, для многих людей деревья на его картинах всегда будут большими, возвращая в мир детства.